Семейный суд Беэр-Шевы рассмотрел дело, которое возникло в результате трагедии 7 октября. Молодая женщина, потерявшая приемного отца в теракте 7.10.23, обратилась в суд, чтобы защитить свои права на наследство. Сложность заключалась в том, что мужчина не был ее юридическим отцом, а лишь воспитывал с малых лет.
Трагедия 7 октября
В то роковое утро боевики ХАМАС ворвались в кибуц, в котором проживали отец и его приемная дочь Хен (имя вымышлено), и жестоко расправились с его жителями. Среди погибших оказался и отец Хен – террористы нашли его в бомбоубежище собственного дома, где он пытался укрыться от обстрела. После убийства они подожгли дом. В огне сгорело все – вещи, документы и завещание, которое хранилось в спальне.
Больше, чем просто документы
Мужчина воспитывал Хен практически с младенчества. Для нее он стал настоящим и единственным папой. Хен рассказала, как отец водил ее в детский сад, не пропускал ни одного школьного праздника, поддерживал во время службы в армии, а потом вел под хупу на ее свадьбе. Когда у нее самой родились дочери, в кибуце их все считали внучками приемного отца.
Вступление в наследство:
В 2018 году отец рассказал Хен, что написал на нее завещание. Он предлагал оставить ей копию документа, но она отказалась – боялась потерять важную бумагу.
В поисках правды
Хен предоставила суду много документов. Здесь был и уцелевший черновик завещания, и официальное письмо от адвокатов кибуца, готовивших документ, и вся переписка о его составлении. Сохранилось даже электронное письмо, которое адвокат отправил Хен незадолго до подписания завещания. К делу приложили свидетельства соседей и родственников, рассказавших о жизни этой семьи.
Особую роль сыграли заявления законных наследников – гражданской жены погибшего и его братьев, которые полностью поддержали требования приемной дочери.
Представитель юридического советника при управлении генерального опекуна изучил дело и не нашел причин возражать против требований заявительницы.
В своем ответе он отметил: хотя по статье 10 Закона о наследовании 1965 года заявительница не входит в круг законных наследников, к ней можно применить поправку №19 к закону, которая вступила в силу 7 ноября 2023 года.
Изучив все приложенные документы, представитель пришел к выводу, что покойный действительно считал заявительницу своей дочерью, хотя она не была его родным ребенком. Важно отметить, что у покойного не осталось биологических детей – его единственный сын умер раньше отца, не оставив потомства.
Без завещания наследниками являются гражданская жена покойного и два его брата. Все они поддержали просьбу заявительницы.
Позиция государства
Представитель юридического советника утверждал, что можно удовлетворить просьбу Хен, но пояснил: даже если суд признает черновик завещанием, без официальной просьбы об утверждении (и исполнении) завещания дело не завершить нельзя.
Есть и другой путь: согласно поправке №19 Хен может подать просьбу о наследовании по закону. К ходатайству нужно приобщить заявления законных наследников – гражданской жены и братьев – об отказе от наследства в пользу Хен.
Решение суда
Судья Ротем Кудлер-Аяш пояснила, что первый взгляд ситуация сложная, поскольку формально Хен наследницей не является. Но недавние изменения в законодательстве, принятые спустя месяц после трагических событий 7 октября, открыли новые возможности. Согласно новой поправке к Закону о наследовании теперь законные наследники вправе отказываться от своей доли также в пользу человека, которого покойный считал своим ребенком.
Рассматривая материалы дела, судья провела детальный юридический анализ ситуации. Ключевой вопрос заключался в том, можно ли признать черновик завещания действительным документом и подтвердить статус Хег как дочери покойного для целей наследования.
Судья посчитала возможным удовлетворить просьбу о признании предъявленного документа — черновика завещания — последней волей покойного.
Поскольку все члены семьи покойного (гражданская жена и братья) согласились с позицией Хен и были единодушны в своих показаниях, и понимая особые обстоятельства дела — уничтожение завещания террористами 7.10, — суд счел возможным признать представленный черновик в качестве полноценного завещания.
Хен просила суд признать ее дочерью покойного. Изучив представленные доказательства, свидетельства членов семьи и принимая во внимание отсутствие возражений со стороны юридического советника, суд установил, что выполняются все условия для такого признания согласно статье 6а Закона о наследовании. Это положение, напомним, позволяет законным наследникам отказаться от наследства в пользу человека, которого покойный считал своим ребенком, если смерть наступила в период военных действий.
Судья отметила, что данное решение само по себе не является утверждением завещания (реализацией, исполнением), поскольку соответствующее заявление на этот счет не подавалось. Однако суд признал за Хен статус человека, которого покойный считал своей дочерью, и предоставил ей право использовать имеющийся черновик завещания при подаче официального заявления об утверждении завещания и его исполнении.
71140-03-24
Cтатьи по теме:
Считается ли предсмертная записка завещанием?
