Содержание
Наш офис добился победы в деле гражданки Беларуси, чей муж-израильтянин внезапно скончался, оставив ее с пятилетним сыном, гражданином Израиля. Миграционные власти и трибунал по апелляциям дважды отказывали Марине в статусе, считая ее связи с Беларусью сильнее, чем с Израилем, и полагая, что юный возраст мальчика позволит ему адаптироваться на родине матери.
Окружной суд отменил эти решения, установив, что за годы судебных разбирательств Олег подрос до двенадцати лет, глубоко укоренился в израильском обществе, не владеет языком Беларуси, а его психологическая травма от смерти отца требует стабильной среды и непрерывного лечения, которое невозможно гарантировать при переезде. Суд предписал МВД предоставить Марине ВНЖ (А5) по гуманитарным причинам, признав, что интересы ребенка перевешивают все доводы мисрад апним.
История утраты статуса
К нам в офис обратилась Марина (все имена изменены из соображений приватности). Много лет назад она приехала в Израиль из Беларуси по рабочей визе в сфере ухода за больными. Здесь она познакомилась с израильтянином, у них сложились отношения, и через несколько лет родился сын Олег. Мальчик получил израильское гражданство по отцу.
Муж подал заявление о предоставлении Марине статуса в рамках поэтапной процедуры для супругов израильтян. Процесс продвигался постепенно, Марина получила временный вид на жительство. Однако муж внезапно скончался дома. Олегу было тогда около пяти лет, и он находился в квартире в момент смерти отца.
Гуманитарная комиссия:
Со смертью мужа остановилась и ступро — поэтапная процедура легализации Марины. Мальчик посещал детский сад, затем пошел в школу. Он говорит на иврите, у него были друзья среди местных детей, он учился и рос как обычный израильский ребенок.
После смерти мужа-израильтянина представители миграционной службы провели с Мариной подробную беседу. В ходе интервью выяснились следующие обстоятельства. В Беларуси у Марины остались двое детей от первого брака — совершеннолетняя дочь и несовершеннолетний сын. У Марины есть дом в Беларуси, который она купила когда-то и в котором живут ее старшие дети. Мать Марины и одна из сестер проживают в Беларуси, другая сестра — в России. Марина поддерживает с ними тесную связь, регулярно созванивается и периодически отправляет денежные переводы. Последний раз она переводила деньги незадолго до смерти мужа. У Марины нет банковского счета в Беларуси.
Марина с мужем и маленьким Олегом несколько раз ездили в Беларусь навестить родственников.
В беседе с представителями миграционной службы Марина рассказала о том, как проходил день смерти мужа, когда ребенок был дома, все видел и пережил тяжелую травму.
Позиция властей и первое судебное разбирательство
Собралась межведомственная комиссия по гуманитарным вопросам для рассмотрения дела Марины. Посовещавшись, члены комиссии рекомендовали гендиректору миграционной службы отказать в Марине в каком-либо статусе и праве проживать в Израиле. Чиновник утвердил рекомендацию.
Мотивировка решения строилась следующим образом. Большинство связей Марины относятся к стране ее происхождения. Она родилась и выросла в Беларуси, получила там образование, прожила в этой стране большую часть своей жизни. Там находятся двое ее старших детей. Там у нее недвижимость.
Относительно ребенка комиссия объяснила: учитывая его юный возраст (на тот момент мальчику было около шести лет), он без труда сможет адаптироваться к жизни в Беларуси, поскольку его интеграция в израильское общество еще не приобрела какого-либо значения.
Марина обжаловала решение в трибунал по апелляциям согласно процедуре, предусмотренной законом о въезде в Израиль. В конце заседания судья предложил представителю Марины отказаться от апелляции и согласиться с решением МВД. Через несколько дней Марина сменила адвоката и обратилась к нам.
Через суд мы добились возможности подать в миграционную службу новое заявление, подкрепленное дополнительными документами, которых в деле не было, касающимися благополучия ребенка.
Мы собрали медицинские и психологические документы, подтверждающие состояние мальчика. Представили доказательства того, насколько глубокой оказалась психологическая травма, которую Олег пережил в столь раннем возрасте. Однако МВД решения не изменило, а трибунал (суд по вопросам статуса — бейт адин ле-арарим) согласился с позицией ведомства.
В первом решении трибунала судья подробно изложил фактическую сторону и привел обоснование отказа, данное руководителем миграционной службы на основе рекомендации межведомственной комиссии. В разделе, посвященном обсуждению и выводам, судья отметил, что Марина добавила новые аргументы уже после слушания, в рамках уведомления о смене представителя, но пришел к заключению, что дополнительные доводы не дают оснований для подачи нового заявления.
Судья посчитал, что решение об отказе было принято после изучения всей совокупности фактов по делу Марины, ее связей с Израилем и конкретных обстоятельств. Поскольку связь женщины с Беларусью сильнее ее связи с Израилем, а Марина провела большую часть своих лет в стране гражданства, где родилась, выросла и получила образование, основания для иного решения отсутствуют, — пояснил судья.
Суд не оставил без внимания тот факт, что у Марины есть несовершеннолетний сын, который является израильтянином, родился и вырос в Израиле. Однако судья сформулировал свою позицию так: учитывая юный возраст сына, было определено, что его интеграция в израильское общество не имеет какого-либо значения и нет никаких трудностей для его адаптации к жизни в стране происхождения матери.
Судья с сочувствием добавил: да, решение руководителя миграционной службы определяет судьбу Марины и ее сына Олега, обязывая их покинуть Израиль, несмотря на то что Марина находится в стране уже много лет, а мальчик — израильский гражданин. Но в конечном счете судья посчитал, что гуманитарные основания, которые могли бы оправдать удовлетворение заявления, отсутствуют. По мнению суда, проверка связей показывает, что связь Марины со страной происхождения крепче, чем с Израилем.
Далее суд обратился к принципу основных интересов ребенка и к влиянию решения на будущее Олега. Судья подчеркнул, что Олег учится в начальной школе и является израильским ребенком, однако не представлено оснований полагать, что мальчику будет причинен серьезный вред, специфичный именно для него как для несовершеннолетнего, который мог бы оправдать предоставление статуса матери. Трибунал указал, что связь между Олегом и бабушкой может поддерживаться при помощи современных средств связи, а бабушка сможет приезжать к ним в Беларусь. Кроме того, по мнению судьи, в раннем возрасте дети обладают достаточной гибкостью для адаптации к изменениям среды.
Мы не согласились с решением, и обратились в Окружной суд.
“Гуманитарная виза”
Наша победа в окружном суде
Прежде всего судья Окружного суда проанализировал, что произошло между моментом первого решения трибунала и повторным рассмотрением дела. После того как трибунал вынес первое решение, наш офис добился его отмены в окружном суде. Тогда судья окружного суда дал четкие указания, что при новом рассмотрении дела следует уделить должное внимание эмоциональному и психологическому состоянию ребенка, возможным последствиям его высылки из Израиля, вероятным языковым трудностям, доступности средств и ресурсов для лечения его проблем в Беларуси и другим аспектам.
Напомним, после этого дело ушло в межведомственную комиссию для повторного рассмотрения. Комиссия собралась вновь. На заседании присутствовали представители различных ведомств. Наш офис представил обширные материалы о состоянии ребенка.
Из медицинской документации следовало, что у Олега диагностированы когнитивные трудности и расстройство, связанное с травматическим событием. Он получает психологическую и психиатрическую помощь. Специалисты описали, что Олегу требуется стабильная среда, продолжение терапии и сохранение привычного окружения для восстановления и развития.
Тем не менее межведомственная комиссия снова рекомендовала отказать. В обоснование решения указывалось, что связи Марины с Беларусью по-прежнему сильнее, чем с Израилем. Что касается Олега, то, по мнению комиссии, хотя его состояние требует внимания, он сможет получить необходимое лечение в Беларуси. Комиссия исходила из того, что система здравоохранения в Беларуси способна предоставить психологическую и психиатрическую помощь.
Судья Окружного суда критически проанализировал всю цепочку решений. Судья напомнил, что несмотря на широкие полномочия, прямая обязанность министра в определенных случаях учитывать особые гуманитарные соображения.
Далее судья обратился к принципу наилучших интересов ребенка. Он процитировал прецедентную практику, согласно которой этот принцип признан центральной ценностью правовой системы, и его важность не нуждается в доказательствах. При принятии решения, определяющего судьбу статуса иностранного родителя в Израиле, миграционные власти обязаны учитывать в числе прочего наилучшие интересы ребенка этого родителя и влияние решения на положение ребенка. Хотя как правило само по себе родство с израильским гражданином не дает основания для получения постоянного статуса в Израиле, необходимо рассматривать каждый случай отдельно, чтобы проверить, существуют ли в нем особые гуманитарные потребности, оправдывающие отклонение от общего правила.
Судья отметил, что миграционная служба не оспаривает необходимость учитывать интересы Олега, и это видно из решения руководителя службы и из решения трибунала по апелляциям. Спор касается точки баланса между различными соображениями. По мнению судьи окружного суда, этот баланс требует, чтобы мать Марина осталась в Израиле, учитывая совокупный вес трудностей, связанных с переездом Олега в Беларусь в настоящий момент времени.
Далее судья обратил внимание на важное обстоятельство. С момента начала процедур Олег подрос, и на момент рассмотрения дела в суде ему было уже не шесть лет, а 12 лет. Затягивание процедур нельзя поставить в вину Олегу, который уж точно не виноват в их длительности. Течение времени привело к изменению обстоятельств и к смещению точки баланса. Олег превратился в подростка. Он живет в Израиле с рождения, говорит на иврите, все его социальные связи находятся в Израиле. Олег не знает Беларусь, ее культуру. Будучи более старшего возраста и учитывая значительную укорененность в Израиле, а также серьезные трудности с интеграцией в Беларуси, где Олег не владеет языком, возникает существенное препятствие для высылки Марины из Израиля, что означало бы высылку и Олега.
Судья добавил, что с учетом когнитивного и психического состояния Олега, как это следует из документации, такая возможность интеграции в новую действительность без причинения серьезной травмы неприемлема.
Судья процитировал представленную нами документацию. Из нее следует, что оценка специалиста, работающего с Олегом, совершенно ясна: критически важно обеспечить мальчику непрерывность жизненного пути, чтобы он мог продолжать строить психическую стабильность. Важна возможность продолжать обучение в образовательном учреждении, к которому он привязан, где учится и создает дружеские связи со сверстниками. Также важно, чтобы он продолжал психотерапевтическое лечение для проработки травмы и горя, которые он пережил и которые оставили тяжелые следы в его душе, с которыми он борется и сегодня. Заключение членов комиссии, их выводы и решение, а также решение трибунала по апелляциям не дают адекватного ответа на очевидные сложности, описанные в представленном заключении специалиста.
Судья отметил: если следовать решению МВД, ребенок переезжает в Беларусь без медицинской страховки в этой стране и без прояснения того, как он сможет приобрести страховку, которая покроет расходы на лечение. Все это при условии, что в Беларуси вообще доступны необходимые виды лечения, что тоже вызывает сомнения, учитывая качество проверки, проведенной по этому вопросу.
Судья подчеркнул еще два обстоятельства: во-первых, у Олега в Израиле бабушка, и его “высылка” нанесет ущерб отношениям между бабушкой и внуком. Суд также признал убедительность наших доводов о том, что Марина утратит право на получение финансовой помощи в Израиле — и это скажется на благополучии ребенка.
Судья заключил, что описанные трудности не получили в оценке комиссии необходимого веса. Позиция миграционной службы, принятая в решении трибунала по апелляциям, не учитывает всю совокупность необходимых соображений или, по меньшей мере, не придает им должного веса. Поэтому решение и постановление трибунала подлежат отмене.
Суд удовлетворил апелляцию, отменил решение суда первой инстанции и постановил, что миграционная служба предоставит Марине ВНЖ (визу класса А5) в Израиле по гуманитарным соображениям. А также наложил на ведомство приличные судебные издержки.
Материалы по теме:
Лишение ВНЖ в Израиле после развода или смерти супруга
«Гуманитарная виза» и гуманитарный статус в Израиле
«Гуманитарная виза»: как сохранить вид на жительство пока ведется гуманитарный процесс?
Гриф секретности и гуманитарная комиссия
Официальная страница МВД о процедуре подачи заявления на гуманитарный статус
