Содержание
Верховный суд Израиля удовлетворил апелляцию супругов, признав право супруга на алию (репатриацию) несмотря на 13 лет раздельного с женой проживания. Суд постановил, что разлука, вызванная объективными причинами, не свидетельствует об отсутствии подлинных супружеских отношений.
Решение подчеркивает, что государственные органы должны признавать разнообразие форм семейных отношений и учитывать полную картину брака, включая его длительность (более 40 лет), наличие общих детей, внуков и имущества. Этот прецедент устанавливает более гибкий подход к оценке семейных отношений в иммиграционном законодательстве, признавая, что «браки на расстоянии» могут оставаться крепкими, несмотря на географическую разделенность.
Репатриация:
Введение
В мае 2025 года Верховный суд Израиля вынес решение по делу супругов, которое может изменить подход к определению семейных отношений при решении вопросов иммиграции. Дело касалось семейной пары, прожившей в браке более 40 лет, но в течение значительного периода времени вынужденно проживавшей в разных странах. Основной вопрос, который предстояло решить суду: означает ли тот факт, что супруги жили раздельно в течение 13 лет, что между ними больше нет подлинных супружеских отношений для целей получения статуса репатрианта?
Это дело затрагивает глубокие вопросы о природе семейных отношений, о праве государства определять критерии «настоящей семьи» и о том, насколько гибкими могут быть эти критерии в современном глобализированном мире.
Факты и обстоятельства: история семьи
Евгения (все имена и география изменены — А.Б.), еврейка по происхождению, родилась в Беларуси. В возрасте 24 лет она вышла замуж в Беларуси за Андрея. У супругов родились двое детей: сын и дочь. Сейчас у них также есть внуки.
За более чем четыре десятилетия брака супруги никогда не разводились и не рассматривали такую возможность. В 2005 году Евгения репатриировалась в Израиль вместе с их сыном согласно Закону о возвращении. Андрей и их дочь остались в Беларуси. Через два года, в 2007 году, после окончания учебы в университете, дочь также переехала в Израиль и получила статус репатрианта.
Между 2009 и 2017 годами Андрей семь раз приезжал в Израиль с визитами к семье. В 2018 году Евгения посетила Беларусь, и у этом же году вернулась в Израиль вместе с Андреем. С тех пор прошло около шести лет, и супруги живут вместе в однокомнатной квартире в Холоне.
Состояние здоровья Евгении было одной из причин ее первоочередной репатриации в Израиль: она страдала от тяжелого заболевания и нуждалась в лечении.
Свежий брак и алия:
Обзор судебных разбирательств
После того как Андрей прибыл в Израиль на туристической визе, супруги подали заявление на предоставление ему статуса репатрианта как супругу еврейки согласно статье 4а Закона о возвращении.
МВД (мисрад апним) провело несколько раундов собеседований с супругами для проверки подлинности их брака. Несмотря на то, что большинство ответов совпадали и свидетельствовали о совместной жизни, ведомство сосредоточилось на мелких несоответствиях и в мае 2022 года отклонило заявление, заявив, что супруги «не вовлечены в жизнь друг друга».
Среди причин отказа были указаны:
- супруги жили в разных странах около 13 лет
- не виделись в течение почти четырех лет
- Андрей не приехал в Израиль в 2016 году, когда Евгения перенесла сложную операцию
- Андрей не присутствовал на шиве после смерти брата Евгении
Супруги подали административный иск в окружной суд Тель-Авива. После нескольких судебных заседаний суд отклонил их иск, поддержав решение Министерства внутренних дел о том, что между супругами не существует истинного брачного союза.
Споры с МВД:
Нормативная база: Закон о возвращении и его применение
Центральным элементом в этом деле является статья 4а Закона о возвращении Израиля, которая гласит, что права репатрианта-еврея распространяются также на «супруга еврея».
Как неоднократно подчеркивал Верховный суд Израиля, цель этой статьи заключается в том, чтобы поощрять иммиграцию евреев в Израиль, даже когда они состоят в браке с неевреями, обеспечивая при этом сохранение единства семьи. Право на репатриацию для неевреев-членов семьи зависит от существования реальных, а не формальных семейных связей.
В своих предыдущих решениях Верховный суд устанавливал, что если супруги по-прежнему состоят в браке, но начали бракоразводный процесс, нет оснований рассматривать их как супругов для целей статьи 4а. Также, когда брак заключен фиктивно, с единственной целью обеспечить иностранному супругу легальный статус в Израиле, такие отношения не признаются подлинными.
Однако суд также подчеркивал, что при оценке подлинности брачных отношений важно различать между оценкой существования «существенных отношений» и оценкой того, являются ли отношения «стандартными» или «идеальными». Отклонение супружеских отношений от «классической» модели совместного проживания не означает автоматически, что отношения неискренние.
Анализ решения Верховного суда
В своем решении судья Дафна Барак-Эрез, к которой присоединились судьи Ноам Сольберг и Халед Кабуб, признала, что в современном мире существует множество форм супружеских отношений, и их разнообразие не должно автоматически приводить к выводу о неподлинности брака.
Суд напомнил МВД, что в 21 веке нередки ситуации, когда супруги проживают в разных странах по различным причинам: работа, учеба, уход за пожилыми родственниками, политические обстоятельства. При этом их брак может оставаться крепким и подлинным, несмотря на географическую разлуку.
Анализируя конкретную ситуацию Евгении и Андрея, суд указал, что супруги предоставили убедительные и последовательные объяснения своей раздельной жизни, которые не были опровергнуты:
- Болезнь Евгении потребовала ее переезда в Израиль для получения медицинской помощи, но препятствовала возможности путешествовать в Беларусь
- Работа Андрея в отдаленном регионе Беларуси значительно осложняла оформление визы и поездки в Израиль
- Дочь Андрея и Евгении продолжала учиться в университете в Беларуси и нуждалась в поддержке
- Супруги заботились о своих пожилых и больных родителях
- Экономические трудности также ограничивали возможности для частых визитов
Суд также обратил внимание на важные показатели сохранения супружеских отношений:
- Супруги никогда не разводились за 40+ лет брака
- У них есть общие дети и внуки
- Они поддерживали общую собственность в Беларуси
- Андрей управлял их совместным имуществом по доверенности от Евгении
- После приезда в Израиль они живут вместе в небольшой квартире
- У них общий банковский счет и совместное хозяйство
Судья Барак-Эрез особо отметила фундаментальные ошибки в подходе Министерства внутренних дел, которое установило необоснованно высокую планку для признания подлинности брака, и не учло конкретные обстоятельства семьи. Евгения и Андрей — люди скромного достатка, живущие в социальном жилье и получающие небольшие пенсии. Их финансовое положение не позволяло им позволить себе роскошь регулярных международных поездок.
Ключевые выводы Верховного суда
Решение Верховного суда содержит несколько принципиальных положений, которые значительно расширяют понимание брачных отношений в контексте иммиграционного законодательства.
Прежде всего, суд постановил, что МВД обязано признавать многообразие форм супружеских отношений, понимая, что несоответствие привычному шаблону не умаляет подлинности брака. При оценке искренности брачного союза система должна рассматривать всю картину отношений в комплексе: длительность брака, наличие общих детей, совместное имущество и общие финансовые обязательства.
Суд особо подчеркнул, что проживание супругов в разных странах, даже без личных встреч на протяжении нескольких лет, не может автоматически свидетельствовать об отсутствии подлинных отношений, если существуют разумные объяснения такой ситуации.
Также важным аспектом является учет экономических обстоятельств, которые могут существенно ограничивать возможности супругов поддерживать регулярный физический контакт. Отдельного внимания заслуживают долгосрочные браки, подобные сорокалетнему союзу Соловьевых, которые естественным образом проходят через различные периоды и трансформации, сохраняя при этом свою сущность.
Суд единогласно принял решение удовлетворить апелляцию и обязать Министерство внутренних дел предоставить Андрею статус репатрианта в соответствии со статьей 4а Закона о возвращении.
Заключение: поворот в подходе к определению семейных отношений
Решение по делу Евгении и Андрея знаменует важный шаг в признании многообразия форм семейных отношений и утверждает более гуманный подход к оценке подлинности брака.
Дело наглядно демонстрирует, что супружеские отношения — сложный и многогранный феномен, который может принимать различные формы в зависимости от жизненных обстоятельств. Географическая разлука, вызванная экономическими, медицинскими или семейными причинами, не обязательно означает разрыв эмоциональных связей или прекращение семейных отношений.
Подход Верховного суда говорит о понимании того, что в современном мире традиционные представления о совместном проживании супругов нуждаются в переосмыслении. Браки «на расстоянии» становятся все более распространенными, при этом супруги могут поддерживать глубокие эмоциональные связи и совместно принимать важные решения, несмотря на географическую разделенность.
Для семьи Евгении и Андрея это решение означает долгожданное воссоединение после многих лет разлуки и завершение пятилетней юридической борьбы. Для юридической практики в целом — это важный ориентир в толковании понятия «супруг» в контексте иммиграционного законодательства, подчеркивающий необходимость более гибкого и чуткого подхода к разнообразию семейных форм и обстоятельств.
Интересы семьи представлял наш коллега Алекс Зернопольский.
906/24
