Иудаизм: 10 ключевых понятий для тех, кто хочет в Израиль

Бог, закон и суббота: 10 понятий иудаизма, которые изменят ваш взгляд на Израиль

Иудаизм — одна из древнейших монотеистических религий мира, которой насчитывается более трех с половиной тысяч лет. Именно из нее выросли христианство и ислам, именно она во многом до сих пор определяет уклад жизни в Израиле — от законов государства до того, что лежит на полке в супермаркете. Не разбираясь в базовых понятиях иудаизма, в Израиле можно чувствовать себя так, словно попал на спектакль, не прочитав программки.

Эта статья — разбор десяти ключевых понятий: кто такие евреи, во что они верят, что едят, чего не делают по субботам и что означает звезда на флаге. После прочтения Израиль перестанет быть загадкой — и станет страной, которую хочется понять.

Иудаизм: что это за религия

Когда спрашивают, что такое иудаизм, первый соблазн — ответить коротко: религия евреев. Это правда, но не вся. Иудаизм одновременно является религией, правовой системой, культурой и способом мышления, которые за три с лишним тысячелетия срослись настолько, что разделить их почти невозможно.

Сколько лет иудаизму? Большинство исследователей отсчитывают его историю примерно с XIII–XII века до нашей эры — от Моисея и Исхода из Египта. Некоторые традиции уходят глубже — к Аврааму, которого иудаизм считает первым человеком, признавшим единого Бога. Так или иначе, речь идет о религии возрастом от трех до четырех тысяч лет. Для сравнения: христианству около двух тысяч лет, исламу — чуть больше четырнадцати веков.

Кому поклоняются евреи? Единственному, невидимому, не имеющему образа Богу, которого называют разными именами — Адонай («Господь»), Элохим, Всевышний, а в текстах — тетраграммой ЙХВХ, которое вслух не произносят из благоговения. Никаких статуй, никаких икон, никакого пантеона — только один Бог, заключивший союз (на иврите — брит) со своим народом.

Вера евреев строится на нескольких фундаментальных идеях. Первая — избранность еврейского народа. Под понятием “избранность” подразумевается не привилегия превосходства, а ответственность: именно евреи, по еврейской традиции, получили Тору и обязаны жить по ее заповедям. Вторая — мессианское ожидание: придет время, когда мир будет исправлен и наступит эпоха всеобщего мира. Третья — неразрывная связь народа, земли (Эрец-Исраэль) и Бога.

Израиль и религия — сложное сочетание смыслов. Государство Израиль формально светское, но его культура, законодательство и повседневный быт пронизаны иудаизмом так глубоко, что провести четкую границу между религиозным и светским здесь значительно сложнее, чем во Франции или Германии. Об этом — в последнем разделе статьи.

Тора, Талмуд, Галаха — три кита еврейской письменности

Иудеи — народ книги. Это определение, впервые употребленное в Коране, евреи приняли с некоторой гордостью: действительно, в основе всей еврейской жизни лежат тексты — и их изучение само по себе является религиозной заповедью.

“Тора” — слово, которое переводят как «учение» или «наставление», — в узком смысле означает Пятикнижие Моисея: пять книг, известных в христианской традиции как Бытие, Исход, Левит, Числа и Второзаконие. В широком смысле слово «Тора» охватывает все еврейское религиозное учение целиком. Это одновременно священное писание, свод законов и хроника отношений Бога и его народа.

Но Тора — это только письменная часть предания. Согласно еврейской традиции, на Синае Моисей получил не только письменный текст, но и устные разъяснения — как именно соблюдать все, что в нем написано. Эти устные толкования передавались из поколения в поколение и примерно в III веке нашей эры были записаны в виде Мишны. Позднее мудрецы добавили к Мишне обширные комментарии — Гемару, — и вместе они образовали Талмуд. Существуют две версии: Иерусалимский Талмуд (IV век) и более авторитетный Вавилонский (V–VI века). По объему Вавилонский Талмуд — около 1,8 миллиона слов — сопоставим с объемным многотомным сводом законов. Это не просто богословие: юриспруденция, медицина, астрономия, этика, притчи и споры раввинов — всё вперемешку, живым разговорным языком.

Из Торы и Талмуда выросла Галаха — свод еврейских религиозных законов. Слово происходит от глагола «идти» и лучше всего переводится как «путь» или «жизненный уклад». Галаха регулирует буквально все: молитву и еду, бизнес и семью, праздники и будни. Галаха — живая юридическая система, которую мудрецы продолжают интерпретировать и приспосабливать к новым реалиям — отсюда, например, споры о кошерности интернета или электрических автомобилей в субботу. Если Тора — конституция, то Галаха — это действующее законодательство, судебная практика и комментарии в одном лице.

Кто такой еврей — по религии и по закону

Иудеи это — кто именно? Вопрос, который кажется простым, на деле вызывает острые споры уже не одно столетие.

С точки зрения традиционной Галахи еврей — тот, кто рожден еврейской матерью, или тот, кто прошел гиюр (религиозное обращение в иудаизм). Большинство народов и религий передают идентичность по отцу. Еврейская же традиция следует такой логике: мать ребенка всегда известна достоверно, а в условиях рассеяния и преследований именно она чаще сохраняла еврейский уклад жизни.

Как определить еврея по закону:

Гиюр, переход в иудаизм, — процедура серьёзная, небыстрая и очень личная. Кандидат изучает язык, законы и историю, посещает синагогу, нередко проводит время с сопровождающей религиозной семьёй. Завершив обучение, он предстаёт перед бейт-дином — раввинатским судом из трёх раввинов, — где его экзаменуют на знание Торы, заповедей и еврейских традиций и проверяют искренность намерений. Если суд одобряет кандидата, тот принимает на себя обязательство соблюдать заповеди, мужчины проходят обрезание, и все — ритуальное омовение в микве.

После этого обращённый (гер) становится евреем в полном смысле слова. Однако признание гиюра зависит от того, кто его проводил: Главный раввинат Израиля признаёт только ортодоксальный гиюр — именно он открывает доступ к религиозным процедурам вроде еврейского брака или захоронения. Реформистский и консервативный гиюр раввинат не признаёт, хотя по решению Верховного суда он даёт право на репатриацию по Закону о возвращении. Сами реформисты и консерваторы ортодоксальный гиюр, как правило, признают.

В Израиле ситуацию дополнительно усложняет Закон о возвращении 1950 года, по которому право на репатриацию получает не только еврей по Галахе, но и его дети и внуки, а также их супруги — даже если сами они евреями не являются. В результате в стране живут сотни тысяч людей, которых государство считает своими гражданами, но которых ортодоксальный раввинат евреями не признает. Это одно из главных внутренних противоречий израильского общества.

Иудаизм кратко можно описать как религию без обязательного прозелитизма: в отличие от христианства и ислама, иудаизм исторически не стремится обращать в свою веру всех подряд. Более того — по традиции раввин должен трижды отказать желающему принять иудаизм, прежде чем согласиться принять его в общину. Считается, что человек должен прийти осознанно и настойчиво, а не по первому порыву.

613 заповедей

Главные заповеди (мицвот) — пожалуй, самое удивительное, с чем сталкивается неподготовленный человек. Все знают про десять заповедей — но мало кто знает, что в иудаизме их насчитывается 613.

Десять заповедей, провозглашенных на Синае, — это лишь вершина айсберга. Число 613 впервые называет Талмуд — в проповеди раввина Симлая (трактат Маккот, 23б, III век н. э.). В XII веке Маймонид (Рамбам) составил первый систематический перечень этих заповедей, разделив их на 248 предписывающих («делай это») и 365 запрещающих («не делай того»). Совпадение с числом дней в году — не случайное: мудрецы любили подобные параллели. Часть из 613 заповедей применима только в особых условиях — например, жертвоприношения в Храме (которого нет уже почти две тысячи лет), законы земледелия в Израиле или правила для царя. На практике рядовой религиозный еврей ежедневно соблюдает несколько десятков из них.

Мицвот делятся на несколько категорий. Есть заповеди «между человеком и Богом» — молитва, соблюдение субботы, праздники, возложение тфилина. Есть заповеди «между человеком и человеком» — честность в торговле, помощь бедным (цдака), уважение к родителям, запрет на клевету. Иудаизм придает огромное значение именно межличностной этике: по одному из принципов Талмуда, грехи против другого человека не прощаются Богом автоматически — сначала нужно помириться с тем, кого обидел.

Один из самых известных раввинских афоризмов принадлежит Гилелю, жившему на рубеже эр — примерно в I веке до нашей эры — начале I века нашей эры. Когда язычник попросил его изложить всю Тору, пока тот стоит на одной ноге, Гилель ответил: «Не делай ближнему того, что ненавистно тебе самому. Это вся Тора. Остальное — комментарий. Иди и учись». Эти слова точнее всего передают дух иудейской этики.

Суббота, синагога и кашрут: жизнь по правилам

Приехав в Израиль в пятницу вечером, путешественник немедленно обнаруживает кое-что неожиданное: улицы пустеют, магазины закрываются, автобусы в большинстве городов перестают ходить, а в воздухе появляется особая, почти осязаемая тишина. Наступает шаббат — суббота.

Шаббат (по-русски часто пишут «шабат») начинается в пятницу с заходом солнца и заканчивается в субботу с появлением на небе первых звезд. Его основание — четвертая из десяти заповедей: «Помни день субботний, чтобы святить его». В этот день Бог, по Торе, отдыхал после сотворения мира — и человек обязан делать то же самое. На практике это означает запрет на 39 категорий работы, восходящих к работам, которые выполнялись при строительстве Скинии (переносного Храма). В их число входят зажигание огня, письмо, выращивание, строительство и — в современной интерпретации — включение электрических приборов, вождение автомобиля, пользование лифтом. В ортодоксальных кварталах Иерусалима в субботу не работают даже кнопки лифта — вместо них установлены «шаббатные лифты», которые останавливаются на каждом этаже автоматически.

Шаббат — не столько ограничение, сколько праздник. Семья собирается за столом, зажигаются свечи, произносится кидуш (благословение над вином), едят халу, поют особые песнопения. Те, кто провел хоть один шаббатный вечер в религиозной еврейской семье, почти всегда говорят, что это один из самых теплых опытов в их жизни.

Синагога — не совсем то, что церковь или мечеть. Это прежде всего место собрания общины (само слово именно так и переводится с греческого), а молитва здесь — лишь одна из функций наряду с учебой и общественной жизнью. В синагоге нет алтаря, нет священников в строгом смысле слова (раввин — не посредник между человеком и Богом, а знаток закона и учитель). Центральный элемент — арон кодеш, ковчег со свитками Торы, обращенный в сторону Иерусалима. Перед ним — вечный огонь, нер тамид, который не гаснет никогда. Мужчины и женщины в ортодоксальных синагогах молятся раздельно, разделенные перегородкой — мехицей. В реформистских и консервативных общинах это правило не соблюдается.

Кашрут — система пищевых законов, которую израильтяне соблюдают в самой разной степени, от строгой до символической. Слово «кошерный» буквально означает «пригодный», «правильный». Базовые правила таковы: нельзя есть свинину и морепродукты без чешуи и плавников; мясо разрешенных животных должно быть забито особым способом и тщательно подготовлено; молочное и мясное нельзя смешивать ни в одном блюде, ни на одной тарелке, ни даже в одной кастрюле. Отсюда — два комплекта посуды во многих израильских домах и надписи «молочный» и «мясной» на кафе и ресторанах. Вино и виноградный сок также требуют кошерной сертификации.

В израильских супермаркетах на большинстве продуктов стоит значок кашрута — знак того, что раввинатский орган проверил производство. В аэропорту Бен-Гурион кошерная еда доступна повсюду; в некоторых кварталах найти некошерный ресторан сложнее, чем кошерный.

Звезда, менора, мезуза: язык символов

Символы иудаизма — несколько предметов и изображений, которые любой путешественник встретит в Израиле буквально на каждом шагу.

Звезда Давида (маген Давид — «щит Давида») — шестиконечная звезда, образованная двумя перекрещенными треугольниками. Сегодня это главный символ иудаизма и государства Израиль, украшающий национальный флаг. Ирония истории состоит в том, что в древнем иудаизме этот знак не играл особой роли и был широко распространен во многих культурах. Отчетливо еврейским символом он становится лишь с XIV–XVII веков — сначала в Праге, затем постепенно по всей Европе. Универсальным символом всего еврейства он стал только в XIX веке вместе с сионистским движением — особенно после того, как нацисты превратили желтую звезду в знак унижения. После Холокоста и создания Израиля тот же символ стал знаком возрождения и гордости.

Менора — семисвечник, один из древнейших и самых однозначных символов иудаизма. В библейские времена золотая менора стояла в Иерусалимском Храме и горела непрерывно. После разрушения Храма римлянами в 70 году нашей эры она была вывезена в Рим — ее изображение можно видеть на Арке Тита в Риме и по сей день. Менора стала государственным гербом Израиля. Особая восьмисвечная разновидность — ханукия — используется на празднике Ханука: восемь свечей плюс вспомогательная (шамаш). Эти два предмета часто путают, но правило простое: семь ветвей — менора, девять — ханукия.

Мезуза — небольшой футляр, прикрепленный к дверному косяку большинства еврейских домов, синагог и еврейских учреждений. Внутри — свернутый пергаментный свиток с текстом молитвы Шма Исраэль («Слушай, Израиль…») и отрывками из Торы, написанными от руки. Заповедь укреплять этот свиток на косяке — из Второзакония. Входя в дом, многие касаются мезузы и целуют пальцы — знак уважения к заповеди. В Израиле мезузы встречаются повсюду: на входах в отели, больницы, правительственные здания. Гость, заметивший на косяке небольшой прямоугольный футляр, может быть уверен: здесь живут или работают евреи.

Среди других символов, которые стоит знать, — тфилин (кожаные коробочки со свитками Торы, которые религиозные мужчины надевают на руку и голову во время утренней молитвы), талит (молитвенный плащ с кистями-цицит по углам) и кипа (маленькая шапочка на голове как знак постоянного присутствия Бога). По цвету, форме и материалу кипы в Израиле можно примерно определить, к какому течению принадлежит ее владелец: черный бархат — ашкеназский ортодокс, вязаная цветная — религиозный сионист, замшевая маленькая — современный ортодокс, отсутствие кипы — светский.

Религия и государство: как иудаизм живет в Израиле

Израиль — единственное в мире еврейское государство, но его отношения с иудаизмом куда сложнее, чем кажется на первый взгляд. Декларация независимости 1948 года провозгласила создание «еврейского государства» — а понятие «еврейского и демократического» появится в израильских Основных законах значительно позже, в 1985 году. Но именно это сочетание двух начал — религиозного и гражданского — порождает напряженность, которая не утихает вот уже семь десятилетий.

Формально Израиль — государство без официальной религии и без конституции в привычном смысле. Однако де-факто иудаизм глубоко и прочно интегрирован в государственные структуры. Браки и разводы для евреев-граждан Израиля находятся исключительно в компетенции раввинатских судов — загса в европейском понимании для евреев здесь нет. Это означает, что гражданский брак между двумя евреями в стране юридически невозможен; пары, которые хотят избежать религиозной церемонии, регистрируют брак за рубежом и этот брак признается израильским законом.

Государство финансирует религиозные институты: ешивы (учебные заведения, где изучают Тору), синагоги, раввинатские суды. Главный раввинат Израиля — официальный орган, наделенный государственными полномочиями. При этом он ортодоксальный, что создает трения с реформистскими и консервативными общинами, огромными и влиятельными в диаспоре, прежде всего в США, но в Израиле официального статуса почти лишенными.

По данным Центрального статистического бюро Израиля, картина примерно такова. Около 43–45% израильских евреев называют себя светскими. Треть — примерно 33% — «масортим», то есть традиционалисты: они соблюдают часть традиций (зажигают субботние свечи, отмечают праздники, едят кошерное дома), но не считают себя строго религиозными. Около 12% — религиозные, в том числе религиозные сионисты, сочетающие соблюдение заповедей с участием в светской жизни страны. И около 11% — ультраортодоксы, харедим, живущие в собственных замкнутых общинах со своей системой образования и в значительной мере — своей экономикой.

Эти группы сосуществуют с трением и взаимным непониманием, но в ключевые моменты — войны, праздники, потрясения — израильское общество неизменно демонстрирует удивительную сплоченность. Шаббат, Йом Кипур, Песах — праздники, которые объединяют светских и религиозных, ашкеназов и сефардов, коренных израильтян и новых репатриантов. В конце концов, иудаизм — это не только религия. Это общая память, общий язык и общая судьба.

Вместо заключения: зачем это знать

Израиль — страна, которую невозможно понять в отрыве от иудаизма. Здесь нельзя спутать четверг с пятницей — потому что в пятницу всё закрывается раньше. Нельзя заказать в кошерном ресторане бургер с сыром — не потому что повар забыл, а потому что закон запрещает. Нельзя не заметить мезузу на каждом косяке, звезду Давида на каждом флаге, звук молитвы из синагоги в субботнее утро.

Иудаизм в Израиле — живая, дышащая традиция, которой больше трех тысяч лет, и она продолжает формировать жизнь миллионов людей каждый день. Понимать ее — значит видеть Израиль таким, какой он есть на самом деле.