Иски акционеров в интересах общества против независимых комиссий

Корпоративный конфликт: обвинения в использовании чужих возможностей

В 2023 в израильской корпоративной среде разразился скандал, который в итоге дошел до Верховного суда. Адвокат Йосеф Лин, миноритарный акционер публичной компании «Ротштейн Недвижимость», подал иск в интересах общества против контролирующего акционера и директора компании Ицхака Мирилшвили. Обвинения были серьезными: использование деловых возможностей, принадлежавших компании, для личного обогащения.

Суть конфликта заключалась в том, что Мирилшвили в 2021-2022 годах через свою частную компанию «Визра Недвижимость» приобрел четыре объекта недвижимости в Герцлии на общую сумму около 462 миллионов шекелей. Особую ценность этим приобретениям придавал тот факт, что три земельных участка располагались рядом друг с другом, образуя непрерывную полосу земли. По мнению оценщика истца, эта земля могла принести сотни миллионов шекелей прибыли благодаря ожидаемому росту стоимости.

Истец утверждал, что Мирилшвили воспользовался деловыми возможностями, которые находились в центре сферы деятельности «Ротштейн Недвижимость», не предложив их сначала компании и даже не уведомив ее об их существовании. Таким образом, по мнению Лина, контролирующий акционер нарушил свои фидуциарные обязанности и принцип справедливости, которым он был обязан как контролирующий акционер.

Иск акционера в интересах общества включал не только требования к Мирилшвили, но и претензии к остальным директорам и генеральному директору компании за их халатность. Особые обвинения в нарушении фидуциарных обязанностей были выдвинуты против председателя совета директоров и генерального директора, которые были партнерами Мирилшвили в материнской компании «Авней Шохам Инициация».

Дело приобрело особую остроту из-за того, что речь шла не просто о сделке между связанными сторонами, а о систематическом использовании инсайдерской информации и служебного положения для извлечения личной выгоды. Истец утверждал, что контролирующий акционер, имея доступ к стратегическим планам компании и зная о ее намерениях в сфере развития недвижимости в Герцлии, использовал эту информацию для собственных инвестиций.

Правовая конструкция иска акционера в интересах общества позволяет миноритарному акционеру защищать интересы компании в ситуациях, когда сама компания не может этого сделать из-за конфликта интересов ее руководства. В данном случае совет директоров компании не мог подать иск против своего председателя и контролирующего акционера, поскольку многие директора были связаны с ним деловыми отношениями.

Независимая комиссия как способ защиты от иска акционера

Еще до подачи ответчиками своих возражений на заявление об утверждении иска в интересах общества произошел неожиданный поворот событий. В марте 2024 года компания «Ротштейн Недвижимость» уведомила Окружной суд Тель-Авива о том, что получила от «Визра Недвижимость» предложение о покупке трех граничащих земельных участков по себестоимости с индексацией. Предложение было действительно до 10 мая 2024 года.

Одновременно с этим по рекомендации аудиторского комитета совет директоров компании принял решение о создании «профессиональной независимой и беспристрастной комиссии» под председательством отставной судьи Хилы Герстель. Комиссия должна была выступить в роли комиссии по сделке и сформулировать свою рекомендацию относительно целесообразности предложения «Визра» и способа действий компании.

Создание такой комиссии представляло собой классический корпоративный маневр, направленный на защиту от обвинений в конфликте интересов. Ответчики утверждали, что появление независимой комиссии и предложения о продаже участков компании кардинально изменило фактические обстоятельства дела, сделав иск акционера в интересах общества излишним.

Логика ответчиков была проста: если комиссия рекомендует принять предложение «Визра», то деловая возможность, о которой идет речь, будет предоставлена компании; если комиссия рекомендует отклонить предложение, значит, компания не лишилась выгодной сделки, и речь не идет о «деловой возможности» в юридическом смысле.

Однако истец отнесся к созданию комиссии крайне скептически. Он утверждал, что речь идет о «заказной и порочной комиссии», которая была создана контролирующим акционером и должностными лицами, находящимися в остром конфликте интересов. По его мнению, задача комиссии — «запутать и сорвать процесс рассмотрения иска путем создания комиссии, которая будет служить фиговым листком и попытается спасти ответчиков от иска в интересах общества».

Истец особенно подчеркивал, что комиссия появилась только после подачи иска в интересах общества, что, по его мнению, свидетельствовало о ее неискренних мотивах. Он также критиковал тот факт, что совет директоров «намеренно воздержался от назначения главой комиссии лица, специализирующегося в области недвижимости», и вместо этого назначил отставную судью Герстель, что, по его утверждению, указывало на то, что «речь идет, несомненно, о комиссии по искам под прикрытием обманчивого названия ‘комиссия по сделке'».

Комиссия провела тщательную работу, включавшую десять заседаний с интервьюированием должностных лиц и сотрудников компании, представителей «Визра» и их адвокатов. Комиссия привлекла внешних консультантов, включая юридического советника и оценщика. Интересно, что представителей истца пригласили выступить перед комиссией, но они предпочли этого не делать.

В итоге комиссия пришла к однозначному выводу о том, что сделка, являющаяся предметом предложения, не представляет экономической выгоды, не подходит компании и даже опасна для нее, и поэтому рекомендовала ее отклонить. На основании рекомендации комиссии аудиторский комитет и совет директоров компании приняли решение отклонить предложение «Визра».

Решение окружного суда: запрет на критику добросовестности

В декабре 2024 года Окружной суд Тель-Авива вынес решение. Суд не убедило ходатайство ответчиков об отклонении иска в интересах общества, но в то же время суд вынес несколько важных решений относительно дальнейшего процесса.

После тщательного изучения обстоятельств создания комиссии, ее мандата и полномочий, личностей ее членов, их опыта и независимости, процедуры работы и самого отчета комиссии, Окружной суд пришел к выводу, что «комиссия действительно была независимой и выполнила разумную и тщательную работу».

Суд особенно резко отозвался о доводах истца относительно добросовестности членов комиссии, отметив, что они были озвучены «без представления хотя бы первичных доказательств в поддержку своих аргументов». Окружной суд отклонил «суровые и необоснованные аргументы против членов комиссии, экспертов, которые появились перед ней, и тщательности ее работы».

Учитывая изменившиеся обстоятельства с момента подачи первоначального заявления, суд разрешил истцу подать новое заявление об утверждении иска в интересах общества, в рамках которого он сможет привести аргументы относительно выводов комиссии и процедуры утверждения среди органов компании.

Между тем суд запретил истцу выдвигать аргументы против добросовестности членов комиссии. Это решение, которое истец назвал «запретительным приказом», стало центральным пунктом его апелляции в Верховный суд.

Окружной суд также обязал истца возместить расходы ответчиков в размере 60 000 шекелей из-за неподобающего поведения и клеветы, которую он распространял против членов комиссии.

В своем решении Окружной суд попытался найти баланс между правом акционеров на судебную защиту и необходимостью защитить добросовестных профессионалов от необоснованных нападок. Суд признал право истца продолжить свой иск в интересах общества с учетом новых обстоятельств, но в то же время установил четкие границы допустимой критики.

Особенностью исков акционеров в интересах общества является то, что истец должен получить судебное разрешение на ведение такого процесса, поскольку формально он действует не в своих личных интересах, а от имени компании. Именно поэтому суд имел право устанавливать условия для продолжения процесса, включая ограничения на характер утверждений истца.

Позиция Верховного суда: различие между личными нападками и системной критикой

В 2025 дело дошло до Верховного суда. Истец просил cуд отменить три ключевых решения Окружного суда: запрет на критику добросовестности членов комиссии, положительные выводы о работе комиссии и присуждение судебных расходов против него.

Верховный суд начал свой анализ с классификации спорного решения Окружного суда. Истец утверждал, что запрет на критику добросовестности членов комиссии — суть «запретительный ордер”, средство правовой защиты, лишающее сторону фундаментального права возбуждать судебные процедуры. Этот аргумент Верховный суд отклонил, отметив, что речь идет не о запретительном ордере, а о судебном постановлении касательно исправления искового заявления.

Когда в изложенных в исковом заявлении фактах происходит существенное изменение, отметил Верховный суд, следует вносить в иск коррективы. Именно так и поступил Окружной суд, разрешив истцу подать исправленное заявление с учетом новых обстоятельств.

Верховный суд отметил, что решения об исправлении исковых заявлений относятся к категории дел, в которые апелляционная инстанция обычно не вмешивается. Давно установлено в правоприменительной практике, что судья может указать на исправление искового заявления по собственной инициативе, даже без просьбы сторон, особенно когда содержание или стиль заявления является неподобающим.

Ключевым моментом в рассуждениях Верховного суда стало различие между исками акционеров в интересах общества и обычными гражданскими исками. В иске акционера в интересах общества истец должен представить первичную доказательственную основу для обоснования утверждений уже на стадии заявления об утверждении, что отличает такие дела от обычных гражданских споров.

В рассматриваемом деле истец не смог представить даже начальных доказательств, которые могли бы поставить под сомнение добросовестность членов комиссии или свидетельствовать о недостатках в их личном поведении, несмотря на серьезность своих обвинений, включая утверждения о преднамеренном введении в заблуждение. Более того, в самом ходатайстве о разрешении апелляции истец отказался от своих серьезных обвинений, заявив, что не намеревался критиковать добросовестность членов комиссии.

Однако Верховный суд провел важное различие между разными формами критики. Суд отметил, что истец неправильно интерпретирует решение Окружного суда, распространяя запрет на более широкий круг утверждений, чем тот, который действительно был ограничен.

Верховный суд подчеркнул, что утверждения относительно структурных недостатков в работе комиссии, ее мандате и процедурах, а также относительно структурных предвзятостей, которые могли повлиять на ее выводы, являются законными предметами для судебной проверки. Такая критика, исследующая независимость и самостоятельность комиссии по сделке, включая анализ предоставленных ей полномочий и качества проведенной проверки, представляет собой релевантные аргументы для судебного контроля над такими комиссиями.

Суд особо отметил, что комиссия в данном деле «показывает лица в обе стороны»: с одной стороны, она была создана для рассмотрения предложения «Визра» и действовала как комиссия по сделке; с другой стороны, она была создана на фоне подачи иска в интересах общества и в связи с ним, что придавало ее созданию характер попытки вернуть контроль над судебным процессом в руки компании.

Верховный суд разрешил истцу критиковать структурные проблемы комиссии: как ее создавали, в какие сроки работала, кто назначал и финансировал. Суд отметил, что совет директоров, который создал комиссию, в той или иной степени заинтересован в результате.

Суд признал: иски акционеров требуют баланса. Нужно защищать компанию от плохих руководителей, но не позволять акционерам злоупотреблять правами. Независимые комиссии важны для управления компанией, но их можно критиковать.

Итог: между защитой репутации и справедливостью

Решение по делу Лина против «Ротштейн Недвижимость» — важная веха в израильском корпоративном праве. Суд проложил здесь четкую грань между допустимой критикой комиссий и неправомерными инсинуациями.

Апелляцию отклонили, но объяснили, что можно писать в исправленном заявлении. Суд нашел баланс: защитить честных профессионалов от ложных обвинений и дать акционерам право на справедливый суд.

Главное в решении — разделили два типа критики. Личные обвинения в нечестности нужно доказывать серьезными фактами, а не словами. А критика процедур, структурных проблем и конфликтов интересов — это нормальная часть судебного контроля.

Независимые комиссии нужны для решения конфликтов между крупными акционерами и компанией. Но то обстоятельство, что комиссия сформирована согласно закону, еще не наделяет ее иммунитетом от критики. Особенно если есть структурные проблемы.

78860-12-24

Признание иностранных арбитражных решений в Израиле

Как реализовать в Израиле решение суда РФ?

Корпоративные конфликты и нецелевое использование средств

Суд разрешил вручение иска дочерней компании

Как израильские суды определяют подсудность в международных спорах

Поднятие корпоративной вуали: как этот принцип работает на деле