Содержание
Принято думать, что после развода бывшей жене остаются лишь алименты на детей, а сама она вправе рассчитывать разве что на свою долю имущества. Еврейское религиозное право, которое в Израиле применяется к бракам и разводам евреев, действительно так и устроено. Муж содержит жену, пока длится брак, но гет, религиозный развод, обрывает эту обязанность в один день. Детские алименты переживают развод, однако принадлежат детям, а не матери.
Тяжелее всех такой порядок бьет по тому, кто годами вел дом и растил детей, пока второй супруг поднимался по служебной лестнице. Из брака такой человек часто выходит без профессии, без стажа и нередко в возрасте, когда начинать жизнь заново уже трудно. Чтобы он не остался у разбитого корыта, израильские суды нашли выход в гражданско-правовой плоскости и разработали понятие реабилитационных алиментов, на иврите «мезонот мешакмим». Пожизненной ренты эти выплаты не сулят: они лишь помогают продержаться, пока человек не научится снова обеспечивать себя сам, и суды почти всегда отмеряют им срок.
Фундамент заложил президент Верховного суда Аарон Барак в 2003 году. Супруги, решившие жить вместе, рассудил Барак, по сути заключают договор, а договор требует добросовестности и после того, как общая жизнь распалась. В 2015 году судья Дафна Барак-Эрез описала, по каким признакам суд определяет, нужна ли такая помощь. Особняком стоит вопрос о смешанных парах, где еврей лишь один из супругов и у раввинатского суда нет особой юрисдикции по отношению к ним. Ответ на него утвердительный: принцип распространяется и на такие пары. Суды по семейным делам признавали за женами-нееврейками право на содержание, а в одном деле прямо назвали выплаты реабилитационными алиментами. Добиться их, впрочем, нелегко: работающему и обеспеченному истцу суды отказывают.
Пробел, который оставил религиозный закон
Согласно израильскому закону об алиментах, вопрос о содержании супруга определяется религией того, кто должен платить. Для евреев это еврейское право, а оно связывает обязанность мужа с самим браком: пока брак существует, жена получает содержание, с гетом право исчезает. Обязанность платить алименты на детей сохраняется, но формально эти алименты принадлежат детям, а не матери.
Первыми эту пустоту ощутили те, на кого религиозное право не распространяется вовсе: сожители и супруги, заключившие гражданский брак за границей. Еще в 1983 году судья Аарон Барак заметил в одном из решений: женщина, которую внезапно выставили из общего дома, вправе рассчитывать на разумный срок, чтобы подготовиться к самостоятельной жизни.
Двадцать лет спустя Барак развил эту концепцию в деле 8256/99. Двое израильских евреев оформили брак в Парагвае через адвоката по доверенности, ни на день не покинув Израиль. Еврейское право такого брака не признает, и два суда отказали жене в содержании после разрыва: нет брака, нет и обязанности.
Барак взглянул на спор шире. Состоят ли люди в браке, рассуждал он, еще не решает, чем они обязаны друг другу. Пара, которая решила жить как супруги, по сути заключила договор, а договор нужно исполнять добросовестно. Добросовестность же может потребовать поддержать партнера и после разрыва, особенно если тот зависел от второго и остался без средств. Вслед за профессором Шахаром Лифшицем Барак назвал такую поддержку реабилитационными алиментами: их цель в том, чтобы человек встал на ноги и научился себя обеспечивать. Между тем Барак отметил, что принцип добросовестности далеко не всегда означает обязанность платить бывшему супругу. Если же такие алименты назначаются, размер и срок выплат суд должен определить по обстоятельствам.
Тридцать пять лет у домашнего очага
В 2015 году Верховный суд попытался применить этот принцип к супругам, женатым по еврейскому закону (дело 3151/14). Пара поженилась в 1976 году и вырастила троих детей. Муж всю жизнь прослужил в крупной государственной компании, жена была домохозяйкой. В 2011 году муж ушел и потребовал развода, жена потребовала содержания. Суд по семейным делам посчитал, что жена нарочно не дает развода и отмерил выплаты двумя годами. Окружной суд продлил срок до трех лет.
Судья Дафна Барак-Эрез иначе посмотрела на ситуацию. Женщина, десятилетиями не работавшая, знает, что развод лишит ее содержания, и поэтому становится заложницей в давно угасшем браке. От нужды она готова даже поступиться частью общего имущества, лишь бы скорее получить деньги. Выход судья нашла в гражданском праве: в подходящих случаях супруг, оставшийся после долгого брака без дохода, может получить реабилитационные алименты и после гета. Правило это, подчеркнула Барак-Эрез, защищает и мужчин в таком же положении. Судья признала, что прежде Верховный суд таких алиментов супругам в религиозном браке не присуждал, но закрывать эту дверь не стала.
Судья Элиаким Рубинштейн предпочел иной инструмент: делить общее имущество неравными долями, сообразуясь с тем, кто сколько способен заработать. Реабилитационные алименты он тоже признал полезным инструментом и предложил термин «алименты-мост»: мост, по которому человек доходит до пенсии. Третий судья, Цви Зильберталь, напомнил, что женщину за пятьдесят, без профессии, за несколько лет до пенсии мужа нельзя упрекать в нежелании разводиться. Большинством голосов суд снял ограничение срока, и муж продолжил платить содержание.
Критерий: не вина, а шансы на заработок
Главный вопрос, по словам Барак-Эрез, формулируется так: может ли супруг найти иные источники дохода. Суд взвешивает образование и опыт работы, возраст и близость пенсии, здоровье, а также объем общего имущества и поделено ли оно. Кто виноват в распаде семьи, суд не интересует: поиск виноватого подорвал бы саму цель, ради которой существуют эти выплаты, — вернуть оставленного супруга к работе. Само название подсказывает их природу: перед нами не пожизненная рента, а временная помощь.
Окружной суд Тель-Авива в 2018 году нарисовал знакомую многим картину. Один супруг строит карьеру и растет в должности, второй жертвует собой и своим будущим ради дома и детей. Реабилитационные алименты дают этому супругу передышку, чтобы приспособиться к новой жизни. В том деле жена 57 лет переехала в Израиль ради мужа, не имея ни профессии, ни языка. Суд первой инстанции назначил ей 3000 шекелей в месяц на пять лет, окружной суд сократил срок вдвое.
Суд по семейным делам Хайфы в 2021 году применил тот же критерий к сожителям, которые прожили вместе 22 года и вырастили двоих сыновей. Женщина почти не работала, а партнер, владелец собственной компании, зарабатывал в несколько раз больше. Пункт их договора об отсутствии взаимных претензий суд не счел отказом от алиментов: от права, которое дает закон, отказываются только явно. На весах оказались, с одной стороны, глубокая разница в размере доходов, с другой — сбережения женщины и деньги, полученные ею за долю в квартире. Вместо 5000 шекелей в месяц на четыре года, о которых просила истица, суд назначил 3000 шекелей на три года.
Где мост обрывается
Та же логика, что определяет справедливость выплаты реабилитационных алиментов, ставит им и предел. В 2021 году окружной суд Тель-Авива отменил временные выплаты 29-летней женщине, чей брак продлился лишь несколько месяцев. Судья Шауль Шохат указал, что у истицы высшее образование, опыт работы и больше 150 тысяч шекелей на счету. Такие алименты, заметил судья, не карают одну сторону и не обогащают другую: если человек способен прожить на собственные средства, помощь ему ни к чему.
Хайфский суд в 2019 году отказал женщине-адвокату, которая открыла собственную практику и купила квартиру: истица не доказала ни нужды, ни уговора о взаимной поддержке. С опаской суды смотрят и на мужчин в религиозном браке. В 2015 году суд по семейным делам Тель-Авива отказал 34-летнему мужу, который ссылался на слова Барак-Эрез: судья Шифра Глик увидела в них пока лишь мимоходное замечание.
Когда раввинатский суд ни при чем: неевреи и смешанные пары
Ответ на этот вопрос утвердительный: принцип реабилитационных алиментов распространяется и на смешанные пары. Об этом говорят и рассуждения Верховного суда, и три решения судов по семейным делам.
Смешанных пар в Израиле немало. По данным исследовательниц Дафны Хакер и Рониты Либерзон, опубликованным в 2011 году, на них приходится около пяти процентов супружеских пар, в большинстве своем выходцев из бывшего СССР. Люди разной веры не могут пожениться в Израиле и регистрируют брак за границей (исключение — онлайн-брак в американском штате Юта, но и здесь формально брак заключается за пределами Израиля). Закон 2010 года о союзе для лиц без вероисповедания не помогает: он открыт лишь парам, где ни один из партнеров не принадлежит к признанной религии. Разводит смешанную пару суд по семейным делам, и галаха к такому разводу отношения не имеет.
Еврейское право не обязывает мужа-еврея содержать жену-нееврейку. Светские правила закона об алиментах, по мнению большинства судов, такого мужа тоже не касаются, ведь у него есть собственное религиозное право. К тому же и светские правила прекращают содержание вместе с браком. Остается гражданская договорная плоскость, и судья Барак в 2003 году прямо указал, что она открыта и парам, где еврей лишь один из супругов. Еще раньше, в 1995 году, рассматривая дело еврейки и ее православного мужа, председатель Верховного суда Меир Шамгар заметил, что бросить супруга в нужде значит посягнуть на его достоинство. Жене эти слова, впрочем, не помогли: суд установил, что она сама зарабатывает на жизнь.
Суды по семейным делам двинулись по этой дороге. В 2005 году судья Шауль Шохат разбирал дело мужа-еврея и жены-армянки, поженившихся в Армении еще до переезда в Израиль. Шохат признал за женой право на содержание по договору: муж сам избрал гражданский брак, и прятаться теперь за религиозным правом, чтобы не платить, как отметил судья, не подобает и не пристало. Денег жена все же не получила: она годами медлила с иском и сама зарабатывала.
В 2009 году судья Авива Миллер в Тель-Авиве рассмотрела дело пары, которая поженилась в России в 1981 году и переехала в Израиль в 1990 году. После рождения дочери жена несколько лет сидела дома, затем преподавала на неполную ставку. Суд обязал мужа платить жене 1000 шекелей в месяц и оплачивать ее жилье за четыре года раздельной жизни до развода и прямо назвал эти выплаты реабилитационными алиментами. Просьбу продлить их на десять лет после развода суд отклонил.
В том же году суд в Ришон ле-Ционе признал право на гражданское содержание за женой без вероисповедания, которую муж оставил ради новой спутницы. В деньгах, однако, суд отказал: жена работала и получала около 8500 шекелей в месяц, а муж гасил ипотеку за дом, где жила жена с дочерью.
Но важно понимать, что во всех трех делах речь шла о выплатах до официального развода. Решений, где смешанной паре назначили бы реабилитационные алименты после развода, мы не знаем.
Заключение
Реабилитационные алименты в Израиле были разработаны судами. Закон об алиментах отсылает к религиозному праву, а религиозное право перестает защищать супруга именно тогда, когда защита нужнее всего, то есть после развода. Суды затянули эту брешь гражданским правом. В 2003 году Аарон Барак объяснил, что совместная жизнь есть договор, а договор требует добросовестности: тот, кто годами опирался на труд партнера по дому, не вправе просто уйти и оставить его без средств. В 2015 году Верховный суд распространил эту мысль на долгий брак по еврейскому закону, а судья Элиаким Рубинштейн предложил видеть в таких выплатах мост, по которому человек доходит до пенсии.
Суды назначают реабилитационные алименты, когда один из пары годами вел дом, жил на заработок другого и теперь не способен быстро себя обеспечить. Учитываются длительность отношений, разница в доходах, возраст, образование, опыт работы, состояние здоровья и то, что досталось человеку при разделе имущества. Вину в распаде семьи суд не ищет: выплаты призваны не наказать одного и не наградить другого, а вернуть человека к самостоятельной жизни. Оттого суммы в найденных решениях скромны, обычно около 3000 шекелей в месяц, а сроки ограничены двумя-тремя годами. Тому, у кого есть сбережения, профессия и силы снова работать, суды отказывают или прекращают выплаты.
Смешанным парам этот принцип тоже служит. Религиозное право мужа-еврея ничего не дает жене-нееврейке, светские правила закона, по мнению большинства судов, такого мужа не касаются, и остается гражданская дорога договора и добросовестности. Верховный суд прямо открыл ее парам, где еврей лишь один из супругов. Суды по семейным делам признавали это право за женами, которые поженились за границей, в том числе еще до переезда в Израиль, а в 2009 году суд в Тель-Авиве прямо назвал выплаты жене-нееврейке за годы раздельной жизни реабилитационными алиментами. Требования к таким истцам те же, что и ко всем: зависимость от супруга, подлинная нужда и большая разница в доходах. В двух из трех известных дел жены проиграли именно потому, что сами неплохо зарабатывали.
