Содержание
В семейном суде Тель-Авива-Яффо завершилось громкое дело о разделе имущества между бывшими супругами, чье состояние оценивается в десятки миллионов шекелей. Решение суда по этому делу демонстрирует, как даже самые тщательно составленные соглашения могут оказаться бесполезными без должного оформления, а также раскрывает сложности определения совместной собственности в современных семейных отношениях.
Как обойтись без брачного контракта?
История любви длиною в двадцать лет
Супруги познакомились в 2002 году, когда их будущее казалось безоблачным. Он — успешный предприниматель, владелец процветающей компании, основанной еще в 1997 году. Она — образованная женщина, которая вскоре после брака посвятила себя семье и воспитанию детей. В течение почти двадцати лет их союз казался крепким: родились трое детей, приобретались дорогие особняки в престижных районах, росло благосостояние семьи.
Официально брак был заключен в 2004 году по еврейскому обряду. К этому времени пара уже два года жила вместе и даже подписала соглашение об имущественных отношениях — документ, который впоследствии станет центром судебных споров. Жена практически не работала на протяжении всего брака, получая символическую зарплату от компании мужа, хотя фактически никаких обязанностей не выполняла.
Семья жила на широкую ногу. За годы брака супруги приобрели пять объектов недвижимости общей стоимостью около 80 миллионов шекелей, включая престижные дома и квартиры. Компания мужа процветала, ее стоимость значительно выросла за период брака. Однако в октябре 2021 года идиллия закончилась — жена подала заявление об урегулировании семейного конфликта, что стало началом длительного судебного процесса.
Брачный договор, который не стал договором
Важным аспектом дела стал вопрос о брачном договоре, подписанном супругами в феврале 2003 года. Документ был составлен тщательно и подробно регулировал имущественные отношения пары. В нем говорилось, что супруги согласны на полное разделение имущества и независимость друг от друга в финансовых вопросах. Муж обязывался нести все расходы по содержанию семьи, а жена сохраняла право на доходы от сдачи своей квартиры в аренду.
Особенно интересным было положение о том, что если совместная жизнь продлится более двенадцати лет, то супруги станут равными партнерами во всем имуществе, накопленном за время брака.
Однако у этого договора была одна роковая особенность — он никогда не был должным образом заверен. В самом документе содержалось обязательство супругов «заверить настоящее соглашение у нотариуса перед вступлением в брак», но этого так и не произошло. По израильскому законодательству брачное соглашение требует обязательного утверждения — либо судом по семейным делам, либо религиозным судом, либо регистратором браков, либо нотариусом.
Брачный контракт и суд в Израиле:
Суд установил, что поскольку соглашение не было утверждено ни одним из предусмотренных способов, оно не имеет юридической силы. Судья подчеркнула, что не было доказано существование исключительных обстоятельств, которые могли бы обосновать признание действительности неутвержденного соглашения на основе принципов добросовестности. Таким образом, на отношения супругов распространялся стандартный режим выравнивания ресурсов, установленный законом об имущественных отношениях между супругами.
Компания как главный предмет спора
Яблоком раздора стала оценка компании мужа и определение размера компенсации, которую он должен выплатить жене. Компания, занимающаяся коммерческой деятельностью, была основана мужем еще в 1997 году, за несколько лет до знакомства с будущей женой. Все акции компании были зарегистрированы на его имя.
Стороны достигли частичного соглашения о том, что жена имеет право на половину стоимости компании на момент разрыва отношений за вычетом ее стоимости на момент заключения брака. Для оценки был назначен эксперт, который определил, что чистая стоимость, накопленная за период брака, составляет более 91 миллиона шекелей. Соответственно, жене причиталось около 46 миллионов шекелей.
Муж пытался оспорить эти расчеты, ссылаясь на то, что управляющему компании по трудовому договору полагается 5% акций в случае продажи компании. Он требовал исключить эту долю из оценки. Однако суд отклонил это требование, указав, что право управляющего на получение акций далеко не очевидно и может никогда не возникнуть, поскольку зависит от множества условий, включая продолжение трудовых отношений и наступление определенных событий.
Другой спорный вопрос касался дивидендов, которые муж получил после даты разрыва отношений на сумму 36 миллионов шекелей. Он утверждал, что эти средства использовались для финансирования совместного имущества супругов, и требовал зачесть их при расчете компенсации. Суд установил, что изъятие дивидендов после даты разрыва не влияет на оценку стоимости компании на момент разрыва, а вопрос об использовании этих средств выходит за рамки выравнивания (балансировки) ресурсов.
Суд также постановил, что к сумме компенсации должны быть добавлены индексация и проценты с даты разрыва отношений до момента фактической выплаты. Судья отметила, что муж мог бы перевести жене хотя бы бесспорную часть ее доли в компании еще до завершения судебного разбирательства, но предпочел этого не делать, держа в своих руках сумму, которая, несомненно, принадлежит жене.
Раздел имущества в Израиле:
Недвижимое богатство: кому принадлежат особняки
Раздел недвижимого имущества супругов потребовал тщательного анализа обстоятельств приобретения каждого объекта. За годы брака пара накопила внушительный портфель недвижимости, включая пять объектов общей стоимостью около 80 миллионов шекелей.
Наиболее спорным стал вопрос о доме, зарегистрированном исключительно на имя мужа, но приобретенном в период брака. Муж утверждал, что дом был куплен на средства, полученные им в наследство от матери, и поэтому является его отдельной собственностью. Однако он не смог предоставить убедительных доказательств — не было представлено ни договора купли-продажи, ни документов о наследстве, ни отчета юриста, который занимался сделкой.
Суд установил, что муж не доказал право на абсолютное владение домом. Обстоятельства дела свидетельствовали о том, что супруги рассматривали этот дом как совместную собственность. Они совместно планировали строительство семейного дома на этом участке, позднее хотели объединить его с соседним участком для создания более крупного проекта. Доходы от сдачи дома в аренду всегда поступали в общий семейный бюджет.
Особенно убедительным доказательством стал документ, подписанный мужем в 2018 году для американских налоговых органов, в котором он заявлял, что в отношении всего имущества, зарегистрированного на его имя, действует презумпция совместной собственности с женой. Хотя муж утверждал, что это было сделано исключительно для налоговых целей, суд счел, что нельзя заявлять одно американским властям, а в израильском суде утверждать противоположное.
В результате суд признал, что пять объектов недвижимости являются совместной собственностью супругов в равных долях, несмотря на то, что некоторые были зарегистрированы только на одного из супругов. Суд постановил о разделе совместной собственности, предоставив сторонам возможность в течение 90 дней достичь соглашения о разделе имущества, в противном случае объекты будут проданы на открытом рынке.
Отдельно рассматривался вопрос о квартире жены, приобретенной ею за два года до знакомства с будущим мужем. Муж требовал признать за собой долю в этой квартире, ссылаясь на то, что совместными средствами погашались остатки ипотеки и проводились ремонтные работы. Однако суд установил, что жена на протяжении многих лет самостоятельно выплачивала ипотеку из доходов от сдачи квартиры в аренду, а совместными средствами была погашена лишь незначительная сумма в 2017 году. Утверждения мужа о ремонтных работах не были подкреплены документами, а в ходе допроса он признал, что никакого ремонта в квартире не производилось.
Заключение
В итоге суд обязал мужа выплатить жене компенсацию в размере более 45 миллионов шекелей с индексацией и процентами, а также постановил о разделе недвижимого имущества стоимостью около 80 миллионов шекелей в равных долях. Требование жены о выплате алиментов было отклонено, поскольку после получения причитающейся ей доли имущества она будет обеспечена достаточными средствами для покрытия своих потребностей.
Это дело наглядно демонстрирует важность правильного оформления брачных соглашений и показывает, что даже самые детально проработанные договоры могут оказаться бесполезными без соблюдения формальных требований закона. Оно также подчеркивает, что суды при разделе имущества исходят из фактических обстоятельств совместной жизни супругов, а не только из формальных записей в реестрах собственности.
8199-12-21
Автор статьи адвокат Артур Блаер
Материалы по теме:
