Custom Gravatar Артур Блаер
11.07.2024

Как раввинатский суд изучает доказательства при подтверждении еврейства

Предисловие

Как известно, правом на репатриацию и израильское гражданство обладают евреи и близкие родственники евреев. Но доказать еврейские корни далеко не всегда просто, особенно если ваши родственники жили в советское время. “Компетентные органы” неплохо ориентируются в советских исторических документах, но если в деле есть реальные сложности и вызовы, система обычно включает режим “не убедили, принесите еще” и даже суд далеко не всегда приходит здесь на помощь.

В этом ключе любопытно наблюдать за тем, как работают с документами раввинатские суды. В отличие от робких в своей массе светских административных судов (Окружного и Верховного), раввинатские суды глубоко погружаются в материалы дела, не оставляют без внимания ни одной детали, привлекают экспертов по генеалогии и истории еврейской диаспоры, используют знания, логику, здравый смысл, профессиональную интуицию — и выносят справедливые решения.

Тому пример — дело Наргизы об установлении еврейского происхождения (“бэрур яадут”), рассмотренное раввинатским судом Хайфы в 2011 году. Это решение подчеркивает существенное различие в подходах между раввинатскими и светскими судебными инстанциями.

В кейсе Наргизы даяним (судьи раввинатского суда) блестяще изучили все материалы дела и каждый его нюанс. Суд провел детальный анализ исторического контекста, погрузился в семейную историю, дал грамотную и взвешенную оценку достоверности документов и свидетельств, а также правильно применил галахические нормы в контексте современных реалий.

Кто обладает правом на репатриацию?

Контраст между методами работы раввинатского суда и светских инстанций особенно заметен в степени внимания к деталям и готовности углубляться в сложные исторические и культурные аспекты дела. Там, где светский суд мог бы ограничиться поверхностным изучением документации, раввинатский суд провел комплексное исследование, охватывающее широкий спектр факторов.

Это дело наглядно показывает, насколько важен взвешенный и глубокий подход к вопросам подтверждения еврейства. Кейс Наргизы подчеркивает уникальную роль раввинатских судов в сохранении и интерпретации еврейской традиции в контексте современного государства Израиль.

Случай этот также демонстрирует необходимость более глубокого понимания исторических процессов, повлиявших на еврейские общины в различных частях мира, особенно в контексте сложной истории XX века.

В целом, дело Наргизы — очередная иллюстрация того, как раввинатские суды подходят к решению сложных вопросов еврейского происхождения. Оно подчеркивает важность тщательного и всестороннего подхода к таким чувствительным вопросам, особенно в контрасте с часто более формальным подходом светских инстанций.

Подтверждение еврейства и репатриация:

История Наргизы

Наргиза (все имена изменены) приехала в Израиль в 1993 году из Ташкента вместе с родителями и подала документы на репатриацию. История семьи Наргизы — сложная и запутанная. По ее словам, ее бабушка еврейка, которая с 3 до 16 лет она воспитывалась в семье соседей-христиан.  Соседка рассказала бабушке о ее еврейском происхождении и передала ей старинный свиток Эстер, некогда принадлежавший прабабушке.

Бабушка родилась в Узбекистане в 1925 году, до войны, и едва помнила своих родителей. По ее словам, ее мама (прабабушка Наргизы) уехала в Украину и оставила ее у соседки. Бабушка Наргизы знала только то, что ее отец не был евреем, а мать была еврейкой. Ей рассказали, что отец оставил семью, а мать уехала навестить родственников в Украине и не вернулась.

Ключевые документы и свидетельства

Наргиза предоставила суду оригинал свидетельства о рождении своей матери. В графе национальность отца в документе было указано нееврейское происхождение, в графе национальность матери — еврейка. Результаты криминалистической почерковедческой экспертизы показали, что документ подлинный.

Наргиза также предоставила паспорт матери, в котором указано, что она еврейка, но в других формальных документах матери указывается, что отец матери был евреем, а мать матери — русская. В деле фигурировало заявление матери на репатриацию, в котором она просила о гражданстве лишь по отцовской линии.

Еще было предоставлено оригинальное свидетельство о рождении прабабушки без упоминания родителей и повторное, на которое суд не готов полагаться, в нем указано, что мать прабабушки — еврейка.

Наргиза также приобщила к делу ктубу — брачный договор — матери,  свидетельство об обрезании своего брата и тот самый старинный свиток Эстер в серебряном футляре.

 Как понять, еврей ты или нет?

 Анализ документов в суде

На первом слушании Наргиза не смогла предоставить свое свидетельство о рождении, утверждая, что не может его найти. Вместо этого она показала копию свидетельства о рождении своей матери.

Наргиза рассказала, что приехала в Израиль в 1993 году из Ташкента вместе с родителями. Она утверждала, что ее отец еврей, но не смогла предоставить документальных тому доказательств. Наргиза также упомянула о брате, родившемся уже в Израиле.

На слушании также присутствовала мать Наргизы. Она подтвердила, что Наргиза — ее дочь и предоставила дополнительную информацию о семейной истории. Мать утверждала, что в семье со стороны матери все были евреями, хотя она не помнила еврейских обычаев от своей бабушки. Она рассказала, что в семье отмечали Рош ха-Шана и Песах.

Суд внимательно изучил представленное свидетельство о рождении матери. Документ был датирован 1966 годом и содержал противоречивую информацию: отец был указан как нееврей, а мать — как еврейка. Суд отправил документ на почерковедческую экспертизу для проверки его подлинности.

Суд получил два экспертных заключения от исследователей еврейских корней. Д-р Зеэв Рейз тщательно изучил свидетельство о рождении матери заявительницы и подтвердил его подлинность. Он отметил, что экспертиза не выявила никаких признаков подделки или изменений в документе. Это было важным аргументом в пользу достоверности представленных семьей документов. Однако д-р Рейз также обнаружил несоответствия в документах из Министерства внутренних дел. В частности, он обратил внимание на то, что в файле МВД была найдена копия свидетельства о рождении матери Наргизы, где ее отец (Давид) был указан как еврей, а мать (З’) — как русская. Это противоречило информации в оригинальном свидетельстве о рождении. Кроме того, д-р Рейз отметил, что мать Наргизы в своем заявлении в МВД просила предоставить ей гражданство на основании еврейства ее отца, а не своей матери. Она также просила не указывать национальность в удостоверении личности. Эти факты вызвали у эксперта сомнения в последовательности утверждений семьи о своем еврействе. Учитывая все эти противоречия, д-р Рейз рекомендовал суду не подтверждать еврейство заявительницы. Он также добавил, что запись о еврействе матери в свидетельстве о рождении заявительницы не обязательно определяет национальность матери, поскольку в России существовала возможность выбора национальности по отцу.

Раввин Александр Дан также подтвердил подлинность свидетельства о рождении матери после проведения экспертизы. Однако его расследование выявило дополнительные сложности в семейной истории. В ходе беседы с матерью и прабабушкой р. Дан обнаружил, что мать Наргизы была зарегистрирована в паспорте как еврейка по отцу (Давиду), который, по их словам, был евреем «во всех отношениях». Именно поэтому в свидетельстве о рождении матери Наргизы ее мать (бабушка Наргизы) была записана как еврейка по вероисповеданию. Однако мать заявила р. Дану, что она сама была зарегистрирована в паспорте как «русская», и так же был зарегистрирован ее отец. Мать призналась, что не знала своих родителей, и информация о том, что ее мать была еврейкой, пришла от соседки, которая ее воспитывала. Р. Дан также отметил, что в оригинальном свидетельстве о рождении матери не было никакой информации о ее родителях. Однако в новом свидетельстве о рождении (достоверность которого была под вопросом) ее отец был указан как нееврей, а мать Анна — как еврейка. Учитывая все эти противоречия и неясности, р. Дан рекомендовал направить заявительницу на дополнительную проверку в институт «Шорашим» и выдать временный запрет на брак для заявительницы и ее матери до принятия окончательного решения судом.

Консультация с институтом «Шорашим”

Судья Ошински провел телефонную консультацию с главой института «Шорашим» р. Шимоном Хар-Шаломом, который долго беседовал с семьей Наргизы. Хар-Шалом выразил серьезные сомнения в еврействе семьи и указал на ряд проблем:

  • Хар-Шалом подчеркнул, что нет никаких достоверных данных о матери Наргизы, которая якобы была еврейкой. Вся информация основана только на словах христианской соседки, что не может считаться надежным источником с точки зрения галахи.
  • Хар-Шалом отметил, что в 1920-х годах смешанные браки между евреями и неевреями в Ташкенте были крайне редки, что ставит под сомнение историю о происхождении матери Наргизы.
  • Сомнения в происхождении свитка Эстер: Эксперт обратил внимание на надпись «Бецалель, Иерусалим» на серебряном футляре свитка, что делает маловероятным его появление в Ташкенте в 1925 году.
  • Единственное потенциальное доказательство — обращение матери Наргиз к властям в 1958 году с просьбой записать ее как еврейку, но оригинал документа отсутствует, а копию не удалось подтвердить в архивах.

 Как искать еврейские корни?

На дополнительном слушании суд заслушал показания Наргизы, ее матери и бабушки. Были представлены дополнительные документы, включая оригинальное свидетельство о рождении матери, где оба родителя указаны как евреи.

Бабушка Наргизы подтвердила еврейство обоих родителей Наргизы и рассказала более подробно о семейной истории. Она упомянула о трудностях соблюдения еврейских обычаев в Советском Союзе и о том, что часть семьи со стороны отца была убита.

Суд задал ряд уточняющих вопросов о еврейских обычаях, соблюдавшихся в семье. Бабушка ответила, что многого они не соблюдали, но на Песах всегда была маца. Она объяснила это сложностью ситуации в СССР и страхом преследований.

Суд тщательно проанализировал все представленные документы, отмечая их противоречивость:

  • Свидетельство о рождении матери Наргизы (1966 г.): этот документ был признан подлинным после экспертизы, что является важным аргументом. Однако суд отметил противоречивую информацию о национальности родителей: отец указан как нееврей, а мать — как еврейка. Это вызвало вопросы о том, как определялась национальность в СССР и насколько достоверны эти записи.
  • Паспорт матери: в нем указана еврейская национальность, что на первый взгляд подтверждает еврейство. Однако суд обратил внимание на противоречие с заявлением матери в МВД (Израиля), где она просила не указывать ее национальность.
  • Документы из МВД Израиля: суд обратил особое внимание на то, что в заявлении мать просила гражданство на основании еврейства своего отца, а не матери. Суд рассмотрел возможные причины такого заявления, включая стратегию получения гражданства или неуверенность в собственном еврейском статусе.
  • Свидетельство о рождении прабабушки: суд отметил, что оригинал не содержит информации о родителях, что затрудняет подтверждение еврейского происхождения. Новая версия свидетельства, где мать указана как еврейка, вызвала сомнения из-за неясного происхождения документа.
  • Ктуба и свидетельство об обрезании: эти документы были расценены как подтверждение соблюдения еврейских обычаев в семье. Однако суд также обсудил, насколько это может служить доказательством еврейства, учитывая, что некоторые нееврейские семьи в СССР могли следовать еврейским традициям по различным причинам.
  • Свидетельство о рождении Наргизы: этот документ, где оба родителя указаны как евреи, вызвал дополнительные вопросы. Суд обсудил возможность изменения записей о национальности в поздний советский период и насколько это могло быть связано с планами эмиграции.

Судьи отметили, что отсутствие документов о прабабушке не является необычным для того времени, но противоречия в более поздних документах вызывают серьезные вопросы. Они также обсудили практику определения национальности в СССР и как это влияет на достоверность документов.

Устные свидетельства

Суд внимательно рассмотрел устные показания членов семьи:

  • Рассказ о соседке: судьи долго обсуждали, можно ли полагаться на слова нееврейки о еврействе ребенка, учитывая положения Галахи на этот счет. Они рассмотрели возможные мотивы соседки для такого утверждения и вероятность того, что она могла обладать достоверной информацией.
  • Показания о том, что семья соблюдала еврейские традиции: суд отметил, что семья соблюдала некоторые обычаи, но не все, что объяснялось сложностью жизни в СССР. Судьи обсудили, насколько это типично для еврейских семей того времени и региона, и может ли это служить доказательством еврейства.
  • Судьи выразили серьезные сомнения в достоверности истории о смешанном браке между неевреем и еврейкой в реалиях еврейской диаспоры Узбекистана в начале 20-го века. Суд обсудил социальные и культурные аспекты жизни евреев в Центральной Азии в начале 20 века.
  • Рассказ бабушки о трудностях соблюдения традиций в СССР: суд внимательно рассмотрел эти показания, обсуждая, насколько они соответствуют известным историческим фактам о жизни евреев в СССР и могут ли они объяснить отсутствие более явных доказательств еврейства.

Доказательства и заключения: оценка суда

Суд высоко оценил анализ д-ра Рейза, особенно подтверждение подлинности свидетельства о рождении 1966 года. Однако судьи также обсудили, насколько выводы эксперта о противоречиях в документах МВД могут влиять на определение еврейского статуса с точки зрения галахи.

Относительно позиции р. Дана — судьи уделили особое внимание его выводам о сложной и противоречивой семейной истории. Суд прокомментировал, насколько серьезными являются выявленные им несоответствия и могут ли они быть объяснены сложностями жизни в СССР.

Консультация с р. Хар-Шаломом: суд придал большое значение его словам, особенно касательно истории о смешанных браках в контексте истории и происхождении свитка Эстер. Судьи обсудили, насколько его исторический анализ соответствует галахическим критериям определения еврейства.

Судьи также обсудили, насколько можно полагаться на экспертные мнения в таких сложных случаях, и как сбалансировать исторический и галахический подходы к определению еврейства.

Судьи внимательно изучили представленный свиток Эстер и его футляр, обратив внимание на состояние свитка, на надпись «Бецалель — Иерусалим» на футляре, вероятность появления такого предмета в Ташкенте в 1920-х годах и реальную возможность передачи свитка через поколения в нееврейской семье. Судьи согласились с выводами р. Хар-Шалома о сомнительности происхождения свитка, учитывая надпись на футляре. Между тем раввины отметили, может ли сам факт хранения такого предмета в семье свидетельствовать о еврейских корнях, даже если история его происхождения недостоверна.

Изучая все материалы дела суд применил несколько галахических принципов.

  • Хазака (презумпция): суд рассмотрел, насколько сильна презумпция еврейства в данном случае, учитывая, что семья считалась еврейской на протяжении нескольких поколений. Судьи отметили длительность периода, в течение которого семья считалась еврейской, степень интеграции семьи в еврейскую общину, особенности советского времени и то, насколько легитимно применять принцип «сварат ров» в контексте советского еврейства.
  • “Месиах лефи тумо” (говорящий без умысла): судьи обсудили, можно ли применить этот принцип к словам христианской приемной матери. Они сравнили этот случай с прецедентом, рассмотренным в респонсе «Циц Элиэзер». Судьи интересовались, какова могла быть мотивация христианской женщины говорить о еврействе ребенка, была ли реальная возможность проверить достоверность ее слов в то время и сравнили кейс с другими случаями применения принципа «месиах лефи тумо» в вопросах определения еврейства.
  • “Милта де-авида ле-иглуйей” (вещь, которая станет известной): суд рассмотрел, можно ли считать, что христианская женщина не стала бы лгать о еврействе ребенка, так как это могло бы быть легко опровергнуто. Судьи особо отметили социальный контекст Ташкента 1920-х годов, возможность разоблачения информации в то время и риски, связанные с ложным заявлением о еврействе ребенка.
  • “Ров” (большинство): судьи обсудили, насколько применим принцип следования за большинством в данном случае, учитывая сложную историю евреев в СССР. Суд проанализировал демографическую ситуацию в еврейской общине Ташкента в начале 20 века, влияние советской политики на национальную идентификацию и применимость принципа «ров» к ситуации иммигрантов из бывшего СССР.

Суд сравнил дело Наргизы с ситуацией, рассмотренной р. Вальденбергом. Суд дал оценку информации, поступившей от христианки, изучил мотивы, по которым еврейского ребенка могли передать в христианскую семью, отметил, как в обоих случаях галаха должна применять принцип «месиах лефи тумо» и указал на различия в историческом и социальном контексте.

Судьи также обсудили, можно ли в данном случае применить позицию р. Хазона Иша и его критерии формирования презумпции еврейства. Здесь важными факторами были длительность периода, необходимого для формирования презумпции, роль общественного мнения в формировании презумпции и особенности советского времени.

Суд также применил в деле особый подход р. Овадьи Йосефа к изучению еврейского происхождения соискателей из бывшего СССР. Р. Овадья Йосеф призывал соблюдать баланс между строгостью в определении еврейства и милосердием к репатриантам, умно и креативно читать советские документы, не забывая при этом о принципе двойного сомнения «сафек сфека».

Суд сослался также на позицию р. Моше Файнштейна, который  отмечал роль семейной традиции в определении еврейского происхождения, соблюдение еврейских обычаев как доказательства еврейства и призывал применять в таких ситуациях принцип «хезкат кашрут» (презумпция кошерности).

Позиция большинства

Судьи Исраэль Шахур и Даниэль Адри посчитали, что Наргиза доказала свое еврейское происхождение. Р. Шахур подчеркнул важность презумпции еврейства и необходимость учитывать не только исторические исследования, но и галахические принципы. Шахур отметил, что семья долго считалась в обществе еврейской, что создает сильную презумпцию еврейства. Судья прокомментировал важность того, что несмотря на окружение и советские реалии, семья соблюдала некоторые еврейские обычаи. Противоречия в документах Шахур объяснил сложностями жизни в СССР, отметив, что эти мелочи не должны перевешивать презумпцию еврейства. Шахур также отметил, что принцип «сафек де-орайта ле-хумра» (сомнения в вопросах Торы должны разрешаться строго) не должен применяться автоматически в таких сложных случаях.

Судья р. Адри подчеркнул, что несмотря на очевидные сложности в деле, материалы указывают на еврейское происхождение Наргизы. Адри придал большое значение ктубе, обрезанию и соблюдению важных еврейских обрядов. Судья также придал значение записям еврейской национальности в официальных документах, отметив при этом, что в записях действительно есть противоречивая информация. Адри отметил, повторяя заключения экспертов, что сложности с документацией типичны для многих еврейских семей из бывшего СССР и не должны автоматически лишать людей возможности доказать свои еврейские корни. Адри посчитал, что в данном случае куда уместнее применить облегченный принцип «ков’ин ле-кула» (в сомнительных случаях склоняться к облегчению) нежели “сафек сфека” либо “сафек деорайта ле-хумра”.

Оба судьи согласились, что в данном случае презумпция еврейства перевешивает имеющиеся сомнения.

ДНК-тест на еврейство?

Особое мнение

Судья Ицхак Ошински отказал Наргизе в признании еврейского происхождения и выразил особое мнение, рекомендуя пройти гиюр (обращение в иудаизм) в качестве меры предосторожности (читайте здесь статью о гиюре). Р. Ошински указал на множество сомнений и противоречий в документах и свидетельствах. Ошински указал на несоответствия в записях о национальности в различных документах, не поверил в историю о смешанном браке прапрародителей, придал значение неясному происхождению свитка Эстер.

Ошински отказался применять презумпцию еврейства в случаях с известным проблематичным источником. Вся история еврейства семьи основана на словах христианской приемной матери, отметил Ошински, в то время как в материалах дела нет независимых подтверждений еврейства прабабушки.

Ошински также отметил особенности определения национальности в СССР, что может влиять на достоверность документов. Ошински объяснил, что возможность выбора национальности по отцу могла привести к ошибочной регистрации еврейства. Ошински также отметил, что более поздние изменения в записях о национальности могли быть связаны с планами эмиграции.

Ошински предложил Наргизе компромиссное решение — пройти процедуру гиюра ле-хумра (обращение в иудаизм в качестве меры предосторожности). Это позволило бы ей разрешить все галахические сомнения, не отрицая при этом возможного еврейского происхождения семьи

Несмотря на решение большинства признать Наргиз еврейкой, особое мнение судьи Ошински показывает, что подобные случаи вызывают серьезные разногласия даже среди опытных раввинов-судей. Вопросы, на которые судьи должны были ответить в этом деле, возникают нередко.

Как и когда применять презумпцию еврейства в случаях в сложных случаях? В деле Наргиз суд столкнулся с дилеммой: с одной стороны, семья на протяжении нескольких поколений считала себя еврейской и соблюдала некоторые традиции, с другой — источник этой идентичности оказался сомнительным.

Как правильно оценивать документы и свидетельства из бывшего СССР, учитывая сложную историю еврейской общины в этом регионе? Противоречия в документах, обнаруженные в деле, типичны для многих репатриантов из бывшего СССР, что ставит перед судом сложную задачу интерпретации этих документов.

Какую роль должны играть исторические и социологические факторы при принятии галахических решений? Суд должен был учитывать не только строгие галахические критерии, но и исторический контекст жизни евреев в СССР.

Как балансировать между строгостью в соблюдении галахических норм и милосердием к людям, оказавшимся в сложных жизненных обстоятельствах? Это дело ярко иллюстрирует конфликт между стремлением к строгому соблюдению галахи и пониманием сложностей, с которыми сталкивались евреи в СССР.

Это дело также подчеркивает важность тщательного документирования семейной истории и сохранения документов, особенно для семей из регионов со сложной историей еврейской общины.

Дело Наргизы — учит тому, как умно, ответственно и тщательно раввинатский суд изучает документы. Мы считаем, что люди должны стремиться тесно взаимодействовать с раввинатскими судами и экспертами в области истории, генеалогии и документоведения. Возможно, стоит рассмотреть вопрос о создании специализированных комиссий, которые могли бы более комплексно подходить к рассмотрению подобных сложных случаев, объединяя галахическую экспертизу с историческими и социологическими исследованиями.

Для Наргизы и ее семьи это решение имеет колоссальное значение, определяя их статус в еврейской общине и влияя на многие аспекты их жизни в Израиле, от возможности заключения брака до права на репатриацию для других членов семьи (но здесь важно понимать, что МВД далеко не всегда полагается на позицию суда и человека может ожидать новое судебное противостояние).

Это решение также подчеркивает особый характер Израиля как еврейского государства, в котором вопросы религиозной идентичности тесно переплетаются с юридическими и социальными аспектами гражданства. Оно показывает, насколько важно продолжать диалог между различными течениями в иудаизме, а также между религиозными и светскими институтами, чтобы найти оптимальные решения для подобных сложных ситуаций.

[818546/1]

5/5 - (2 голоса)
Понравилось? Расскажите друзьям:
Custom Gravatar
Артур Блаер Адвокат Facebook Youtube Instagram
Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Связаться с нами
* Обязательно к заполнению