Содержание
В современном Израиле вопрос о признании гиюров, особенно проведенных вне государственной системы, остается одним из самых сложных и противоречивых. Кейс, рассмотренный Окружным судом Иерусалима, открывает новую главу в длительной дискуссии о том, кто имеет право определять, кто является евреем и как это влияет на право получения израильского гражданства. Решение судьи Тамар Бар Ашер не только затрагивает судьбы конкретных людей, но и поднимает фундаментальные вопросы о характере Израиля как еврейского и демократического государства.
Израильский Закон о возвращении предоставляет право на гражданство евреям, их детям, внукам и супругам. Важно отметить, что еврейство передается только по материнской линии. Это означает, что если ваша мать еврейка, вы автоматически считаетесь евреем. Если же еврей только ваш отец, вы считаетесь «сыном еврея» и относитесь ко второму поколению.
Видео по теме:
Еще видео по теме:
Помимо родственной связи, право на израильское гражданство может быть получено через гиюр — процесс обращения в иудаизм. Однако не все гиюры признаются израильским Министерством внутренних дел (на иврите: “мисрад апним”) для целей получения гражданства. Мисрад апним тщательно проверяет каждый случай гиюра, применяя ряд критериев.
Одно из основных требований здесь — прохождение гиюра в признанной еврейской общине. При этом, согласно решениям Верховного суда Израиля, Закон о возвращении должен распространяться и на реформистские и консервативные направления иудаизма. Кроме того, суд постановил, что должны признаваться и зарубежные гиюры, а также некоторые частные гиюры.
Видео о признании зарубежных гиюров:
Другой важный критерий — «искренность» гиюра. Мисрад апним желает убедиться, что человек действительно принял иудаизм, а не просто прошел формальную процедуру ради получения гражданства. В этом ключе могут рассматриваться такие факторы, как продолжение связи с еврейской общиной после гиюра (позиция, с которой Верховный суд не согласен), соблюдение традиций и заповедей.
Даже если гиюр отвечает всем формальным требованиям процедуры, МВД может отказать в его признании, если посчитает процесс фиктивным или неискренним. Факторы, которые могут вызвать подозрения, включают нелегальное пребывание в Израиле до или в процессе гиюра, сложную предысторию, подачу заявлений на статус по другим основаниям, прохождение в прошлом процедуры СтуПро, недостаточно подробную программу обучения, отсутствие связи с еврейской общиной после гиюра, а также противоречия в предоставленных документах.
В другой статье по теме мы привели примеры судебных дел, иллюстрирующих подход израильских властей к оценке гиюров. Так, в деле Эмиля Ковача суд поддержал решение МВД об отказе в признании гиюра. Ключевую роль сыграли факты нелегального пребывания Ковача в Израиле, а также противоречия в предоставленных им документах о гиюре. В другом деле, касающемся Нины Шакил, суд подтвердил право МВД требовать дополнительные доказательства искренности гиюра, даже если он был признан раввинатским судом в Израиле.
Особенно сложны ситуации, когда гиюр был пройден во время нелегального пребывания в Израиле. В таких случаях МВД с высокой вероятностью откажет в признании гиюра для целей получения гражданства. Суды, как правило, поддерживают такую позицию государства.
В целом, процесс признания гиюра для получения израильского гражданства отражает стремление государства сбалансировать два противоречивых интереса. С одной стороны, Израиль стремится сохранить открытые двери для евреев и искренних прозелитов. С другой стороны, власти пытаются предотвратить злоупотребления и фиктивные обращения в иудаизм, совершаемые исключительно ради получения гражданства.
Эта ситуация создает сложную и часто непредсказуемую систему, в которой каждый случай рассматривается индивидуально. Соискатели, планирующие пройти гиюр с целью последующего получения израильского гражданства, должны быть готовы к тщательной проверке и очевидным трудностям в процессе признания их обращения в иудаизм. Важно подходить к процессу со всей серьезностью, тщательно документировать каждый этап и быть готовым доказать искренность своих намерений.
Дело о двух гиюрах
Окружной суд Иерусалима рассмотрел (29/9/2022) две петиции, касающиеся признания частного ортодоксального гиюра для целей получения статуса в соответствии с Законом о возвращении.
Первая заявительница, Бина Джессика Вольмер, гражданка Германии 1963 года рождения, въехала в Израиль в 2015 году по рабочей визе. В 2017 году Бина прошла подготовку к гиюру в институте «Нетивей ха-Зохар» в Бней-Браке, а 21 февраля 2018 года получила свидетельство о гиюре от Международного раввинатского суда по гиюру «Ахават ха-Гер» в Иерусалиме.
Вторая заявительница, Сильвия Венциславова-Тубул, гражданка Болгарии 1996 года рождения, въехала в Израиль в 2017 году по туристической визе. Она прошла подготовку к гиюру в «Институте Ора» в Иерусалиме и 15 февраля 2021 года получила свидетельство о гиюре от раввинатского суда «Гиюр Кехалаха» в Эфрате.
Обе раввинатские структуры — “Ахават ха-Гер” и “Институт Ора” — относятся к сети раввинатского суда “Гиюр Кехалаха”.
Бина и Сильвия обратились в мисрад апним с просьбой о получении статуса в соответствии с Законом о возвращении на основании пройденного ими гиюра, но получили отказ.
От Тошбейма до Рогачевой: эволюция судебной практики
Суд подробно рассмотрел предысторию вопроса, начиная с прецедента по кейсу Тошбейм-Родригез. В этом деле Верховный суд установил, что в контексте применения Закона о возвращении следует признавать гиюр, проведенный в «признанной еврейской общине» за пределами Израиля. В деле Тошбейм суд, напомним, определил «признанную еврейскую общину» как «устоявшуюся и активную общину с общей и известной еврейской идентичностью, имеющую постоянные структуры общинного управления и принадлежащую к одному из признанных течений в мировом еврейском населении».
Далее суд обратился к известному прецеденту по делу Рогачевой, рассмотренному Верховным судом в 2016 году. В этом кейсе суд применил критерий «признанной еврейской общины» к гиюрам, проведенным в Израиле. Было установлено, что понятие «обратившийся в иудаизм» (фигурирующее в Законе о возвращении) следует понимать так: «тот, кто прошел гиюр в признанной общине в соответствии с принятыми в ней критериями».
Далее в своем анализе Окружной суд напомнил, что в деле Рогачевой Верховный суд запретил ведомству ограничивать процедуру только гиюром, проведенным через государственную систему. Верховный суд тогда признал гиюры, осуществленные в двух частных ортодоксальных раввинских судах — раввина Франка в Иерусалиме и раввина Карелица в Бней-Браке.
Окружной суд также рассмотрел прецедент по делу Дахана, в котором Верховный суд в 2021 году применил прецедент Рогачевой к гиюрам, проведенным в консервативных и реформистских общинах в Израиле.
Суд отметил, что после вынесения решения по делу Рогачевой в 2016 году Министерство внутренних дел так и не разработало четких критериев для определения «признанной еврейской общины в Израиле» применительно к частным гиюрам.
Бина и Сильвия (которые, напомним, обратились в Окружной суд после полученных отказов) утверждали, что их гиюры должны быть признан в соответствии с прецедентом Рогачевой. Они также объяснили, что в отсутствие критериев можно было бы использовать документ Министерства внутренних дел, устанавливающий «Критерии для предоставления статуса репатрианта на основании гиюра, проведенного за границей».
Министерство внутренних дел, в свою очередь, настаивало на необходимости разработки четких критериев прежде, чем можно будет признавать частные гиюры. Ведомство указывало на сложность применения критерия «признанной общины» к израильским реалиям.
Проблема «признанной еврейской общины» в израильском контексте
Судья Тамар Бар Ашер отметила, что применение критерия «признанной еврейской общины» к гиюрам, проведенным в Израиле, действительно, сопряжено с определенными трудностями. Судья выделила четыре основные проблемы:
- Сложность конкретного применения понятия «признанная еврейская община».
- Различия в структуре между еврейскими общинами за пределами Израиля и в самом Израиле. Суд отметил, что в Израиле редко встречаются еврейские общины с полноценной общинной жизнью и развитой инфраструктурой, как это нередко бывает в диаспоре. Большинство религиозных услуг в Израиле предоставляется через государственные и муниципальные структуры, а не через общины.
- Практическое применение критерия «признанной общины» — не к общинам, а к конкретным раввинским судам. Бар Ашер отметила, что даже в решениях Верховного суда по делам Рогачевой и Дахана фактически признавались не общины, а конкретные раввинские суды или религиозные течения.
- Особенности структуры институтов, проводящих гиюр в Израиле, которые не привязаны к общинам, а действуют как самостоятельные раввинские суды.
Суд подробно рассмотрел структуру и статус сети раввинатских судов «Гиюр Кехалаха», в рамках которой прошли гиюр заявительницы. Было отмечено, что эта сеть была основана раввином Нахумом Рабиновичем и объединяет около 60 раввинов, многие из которых являются признанными религиозными лидерами.
«Гиюр Кехалаха» позиционирует себя как крупнейший независимый раввинатский суд по гиюру в Израиле, предлагающий ортодоксальный галахический сионистский гиюр. Суд обратил внимание на то, что среди раввинов, входящих в эту сеть, есть главы ешив, городские и общинные раввины, многие из которых обладают высоким авторитетом в религиозно-сионистских кругах.
Изучив материалы дела, Бар Ашер заключила, что «Гиюр Кехалаха» отвечает критериям, установленным в решении по делу Рогачевой: 1. принадлежит к «одному из центральных течений в иудаизме»; 2. имеет «постоянные структуры» и «известную еврейскую идентичность».
Суд частично согласился с доводами государства о том, что раввинатским судам «Гиюр Кехалаха» может не хватать общинного аспекта в узком смысле. Но отметил, что этот аспект, о котором так печется МВД в процессе о непризнании гиюра, фактически отсутствует и у других признанных структур, проводящих гиюр в Израиле, включая государственную систему гиюра.
Судья также обратила внимание на галахический аспект вопроса. Суд процитировал мнение раввина Нахума Рабиновича о том, что на протяжении всей еврейской истории право проводить гиюр имел любой раввинский суд, и даже во времена Синедриона не было централизованной системы гиюра.
На основании этого анализа суд пришел к выводу, что гиюры, пройденные заявительницами в раввинатских судах сети «Гиюр Кехалаха», отвечают критериям, установленным Верховным судом для признания частных ортодоксальных гиюров.
Суд постановил, что гиюр обеих заявительниц должен быть признан для целей получения ими статуса новых репатриантов в соответствии с Законом о возвращении. Таким образом, обе петиции были удовлетворены.
Гиюр: история вопроса
Суд также подробно рассмотрел аргументы, представленные Министерством внутренних дел. Ведомство утверждало, что с момента вынесения решения по делу Рогачевой предпринимались попытки продвинуть законодательство по вопросу гиюра, а также попытки разработать критерии для определения «признанной еврейской общины в Израиле».
Министерство сообщило, что был даже подготовлен проект критериев и стандартов, согласно которым можно будет предоставлять статус репатрианта тем, кто прошел гиюр в «признанной ортодоксальной еврейской общине в Израиле». Но пока, пояснили адвокаты ведомства, критерии не опубликованы и система испытывает “существенные сложности” в применении разработанных в кейсе Рогачевой принципы.
Министерство также сообщило о попытках разработать законопроект, который позволит признавать гиюр, проведенный в Израиле, только если процесс гиюра был проведен через государственную систему гиюра. Однако эта попытка также не увенчалась успехом.
Судья отметила, что в 2017 году премьер-министр назначил бывшего министра юстиции Моше Ниссима для разработки рекомендаций по вопросам гиюра в Израиле. В июне 2018 года Ниссим представил отчет и рекомендации, к которым был приложен проект законопроекта. Однако тогдашний премьер-министр дал указание не продвигать этот законопроект.
Суд подробно рассмотрел историю попыток урегулировать вопрос гиюра в Израиле:
- Государственная система гиюра была создана на основании решения правительства в 1998 году, которое приняло рекомендации комиссии Неэмана. Основные рекомендации включали создание единой государственной системы гиюра, в рамках которой будет создан институт по изучению иудаизма, общий для трех течений (ортодоксального, консервативного и реформистского), и проведение процессов гиюра в специальных раввинских судах.
- С 2000 года координация деятельности ульпанов гиюра и раввинатских судов по гиюру была передана под юрисдикцию директора раввинатских судов. В 2003 году президент Верховного раввинатского суда (Главный раввин Израиля) был уполномочен назначать главу системы гиюра. В 2004 году было решено, что ульпаны гиюра будут находиться в ведении Министерства абсорбции, а государственная система гиюра будет действовать под эгидой канцелярии премьер-министра.
- В 2004 году Главный раввин Израиля опубликовал правила рассмотрения заявлений на гиюр. В 2008 году государственная система гиюра стала действовать как подразделение в канцелярии премьер-министра под эгидой Главного раввината.
Суд подробно рассмотрел аргументы, представленные в предыдущих судебных решениях по вопросу гиюра. В частности, было отмечено, что в деле Тошбейм суд подчеркнул, что признание гиюра, проведенного за пределами Израиля и в Израиле, поднимает фундаментальные вопросы относительно характера Израиля как еврейского и демократического государства.
Суд отверг позицию государства о том, что гиюр, проводимый в Израиле, должен проводиться только в рамках государственной системы гиюра. Суд в деле Рогачевой подчеркнул, что формулировка закона не говорит о характере контроля над гиюром и о тех условиях, при которых будет признаваться гиюр.
Бар Ашер также рассмотрела аргументы, представленные в деле Дахана. Было отмечено, что в этом деле суд применил прецедент Рогачевой к неортодоксальным общинам, признав, что они также являются «признанными еврейскими общинами» для целей Закона о возвращении.
Бар Ашер подробно рассмотрела вопрос о применении критерия «признанной еврейской общины» к израильским реалиям. Было отмечено, что в Израиле редко встречаются общины с полноценной общинной жизнью и инфраструктурой, как это часто бывает в диаспоре. В Израиле большинство религиозных услуг предоставляется через государственные и муниципальные структуры, а не через общины.
Суд указал, что в Израиле очень мало общин, если они вообще есть, где существует общинная структура, выходящая за рамки принадлежности к синагоге. В отличие от многих общин за пределами Израиля, общинная структура в Израиле обычно не включает все религиозные учреждения и религиозные услуги, необходимые тому, кто ведет образ жизни соблюдающего заповеди. Такие услуги, как школы, миквы, кашрут, обрезание и т.д., предоставляются различными государственными и частными организациями, не связанными между собой в рамках единой общинной структуры.
Судья также обратила внимание на то, что на практике критерий «признанной общины» фактически применялся не к общинам, а к конкретным раввинским судам. Было отмечено, что даже в решениях Верховного суда по делам Рогачевой и Дахана фактически признавались не общины, а конкретные раввинские суды или религиозные течения.
Гиюр Кехалаха — анализ суда и выводы
Бар Ашер подробно рассмотрела структуру и статус сети раввинских судов «Гиюр Кехалаха». Эта сеть была основана раввином Нахумом Рабиновичем, который был признанным авторитетом в религиозно-сионистских кругах. Сеть объединяет около 60 раввинов, многие из которых являются главами ешив, городскими и общинными раввинами.
«Гиюр Кехалаха» позиционирует себя как крупнейший независимый раввинский суд по гиюру в Израиле, предлагающий «ортодоксальный галахический сионистский гиюр». Среди раввинов, входящих в эту сеть, есть такие известные фигуры, как раввин Шломо Рискин, раввин Раам Хакоэн, раввин Яаков Медан и другие.
Суд также рассмотрел вопрос о легитимности частных раввинских судов по гиюру с точки зрения еврейского религиозного закона. Было процитировано мнение раввина Нахума Рабиновича о том, что на протяжении всей еврейской истории право проводить гиюр имел любой раввинский суд, и даже во времена Синедриона не было централизованной системы гиюра.
Идея единой государственной системы гиюра не бесспорна с галахической точки зрения. Даже в рамках ортодоксального иудаизма существуют различные подходы к вопросу гиюра, напомнила судья Бар Ашер.
Судья рассмотрела дежурный довод государства о том, что признание частных гиюров может привести к злоупотреблениям. Бар Ашер напомнила на этот счет, что в деле Рогачевой Верховный суд уже указал, что требование о том, чтобы гиюр проводился в признанной еврейской общине, в значительной степени развеивает опасения по поводу злоупотребления.
Суд подробно рассмотрел вопрос о критериях для признания «признанной еврейской общины». Бар Ашер прокомментировала, что даже Министерство внутренних дел затрудняется в применении этого критерия. В документе с критериями для зарубежных гиюров министерство добавило дополнительные определения, но и они оказались трудными для применения.
Судья напомнила, что в критериях министерства «признанная община» определяется как «гиюр, проводимый в признанной еврейской общине, устоявшейся на протяжении длительного времени и активной, с общей и известной еврейской идентичностью, имеющей постоянные структуры общинного управления и принадлежащей к одному из признанных течений в мировом еврейском населении, уполномоченными учреждениями этой общины; и/или признанной как еврейская община Еврейским агентством».
Бар Ашер объяснила, что многие из этих определений донельзя эластичны, расплывчаты и позволяют самый настоящий произвол в их применении системой. Например, не уточняется, сколько времени должна существовать община, чтобы считаться «устоявшейся на протяжении длительного времени», не определяется характер и частота «активности» общины, не детализируются «постоянные структуры общинного управления».
К вопросу об определении еврейской идентичности Бар Ашер пояснила, что традиционно еврейство определялось либо по матери, либо через ортодоксальный гиюр. Однако в современном мире, с растущим числом смешанных браков и увеличением разнообразия еврейских общин, эти критерии становятся все более проблематичными.
Судья напомнила, что принципы, установленные в прецеденте по делу Рогачевой, расширили критерии признания гиюра, включив в них гиюры, проведенные в частных ортодоксальных раввинских судах. Решение по делу Дахана продвинулось еще дальше, признав легитимность гиюров, проведенных в неортодоксальных общинах.
Суд рассмотрел еще один дежурный аргумент государства о том, что расширение критериев признания гиюра может повлиять на демографическую ситуацию в Израиле. Бар Ашер ответила на это, что Закон о возвращении — испокон веку ключевой инструмент иммиграционной политики Израиля, и изменения в толковании этого закона могут иметь далеко идущие последствия.
Еще Бар Ашер заметила, что политика Израиля в отношении гиюра и определения еврейства имеет влияние на еврейские общины по всему миру. Решения израильских судов по этим вопросам могут повлиять на то, как еврейские общины в диаспоре воспринимают свои отношения с Израилем и как они определяют свою собственную идентичность.
Касательно довода о том, что признание частных гиюров может ослабить позиции Главного раввината Израиля, Бар Ашер пояснила, что традиционно Главный раввинат играл ключевую роль в признании гиюров, но решения судов законно ограничивают его монополию в этой сфере.
Бар Ашер согласилась, что гиюр и определение еврейства — предметы по определению сложные, затрагивающие фундаментальные вопросы о характере Израиля как еврейского и демократического государства.
В итоге суд пришел к выводу, что гиюры, пройденные заявительницами в раввинатских судах сети «Гиюр Кехалаха», полностью отвечают критериям, установленным Верховным судом для признания частных ортодоксальных гиюров. Бар Ашер постановила, что гиюры Сильвии и Бины должны быть признаны для целей получения ими статуса в соответствии с Законом о возвращении.
54982-04-22
Другие материалы по теме:
Гиюр, Закон о возвращении и израильское гражданство
Как раввинатский суд изучает доказательства
