Содержание
История нашего дела, в котором пятилетнее нарушение МВД собственных обязательств привело к экстраординарным последствиям
Программа для пожилых родителей: как это работает
Управление по делам населения и миграции создало специальную процедуру для случаев, когда граждане Израиля (неевреи) оставляют на родине престарелых родителей. Закон о возвращении не дает таким родителям права на статус, но гуманитарные соображения требовали найти решение.
Программа имеет четкие рамки. Заявитель должен быть биологическим родителем гражданина Израиля. Родитель должен быть одинок — без супруга и других детей, способных позаботиться о нем. Возрастной порог составляет 62 года для женщин и 64 года для мужчин. Все дети заявителя должны легально и постоянно жить в Израиле. У родителя не должно быть криминального прошлого. Наконец, нелегальное пребывание в стране не может превышать полгода.
Процедура выстроена поэтапно. Сначала мисрад апним выдает временное разрешение на пребывание, которое затем регулярно продлевает. Потом статус повышается до ВНЖ, а спустя еще два года — до ПМЖ. В целом процесс занимает от 2.5 до 6-7 лет. Подробно об инструкции читайте здесь.
История длиной в семь лет
2018: Первый отказ
В 2018 году Марина (все имена изменены) обратилась в МВД с заявлением о предоставлении статуса своей матери Евгении, гражданке Украины. К тому моменту Евгения уже прожила в Израиле больше 15 лет без легального статуса.
Мисрад апним отклонил заявление по формальным основаниям. Чиновники потребовали, чтобы Евгения сначала покинула страну, и только после этого можно будет рассматривать ее дело.
Марина обжаловала это решение в суде первой инстанции, но проиграла. Тогда женщины сменили адвокатов, обратились к нам, и мы подали апелляцию в окружной суд Тель-Авива.
2020: Договоренность, которую нарушат
В 2020 дело слушалось в окружном суде. Мы представили медицинские документы, доказывающие, что Евгении противопоказаны авиаперелеты. Мы не просили суд немедленно дать Евгении статус — только настаивали на том, чтобы Управление рассмотрело заявление по существу, не требуя выезда из страны.
Пожилые и одинокие родители:
Судья предложил компромисс: он отклонит нашу апелляцию, но Управление не депортирует Евгению и позволит ей подать новое заявление, пройдя процедуру для пожилых родителей прямо в Израиле.
МВД согласилось. Суд зафиксировал эту договоренность в официальном решении.
2020-2024: Как обещания превращаются в пыль
Вскоре после этого мы подали новое тщательно подготовленное заявление от имени дочери и матери. Мисрад апним молчал месяцами. Затем чиновники потребовали дополнительные медицинские документы. Мы их предоставили. Снова тишина, причем надолго.
Затем пришло сообщение: МВД готово рассматривать дело не по программе для пожилых родителей, а в общем гуманитарном порядке.
Мы возражали. Напоминали о судебном решении. Разъясняли ситуацию. Писали в МВД десятки раз, подавали жалобы. Практически без результата.
В 2023 году — спустя два с половиной года после подачи заявления — мисрад апним наконец провел собеседование с Мариной и Евгенией. Все это время мы продолжали отправлять напоминания, объясняя, что гуманитарная процедура здесь неприменима, поскольку речь идет именно о программе для пожилых родителей.
После собеседования прошло еще семь месяцев молчания. Мы подали жалобу на бездействие в суд первой инстанции. Судья обязал МВД ответить на заявление, и в начале 2024 года пришел ответ.
Его содержание шокировало даже нас. Евгения должна покинуть Израиль, писал мисрад апним, и только после этого мы рассмотрим ее заявление. Это было ровно то требование, от которого МВД отказалось перед судом четыре года назад.
Более того, в решении снова предлагалось обращаться по общей гуманитарной процедуре. Очередной нонсенс, если учитывать обязательство, которое система взяла на себя в суде пять в 2020 году.
К этому моменту граждане Украины находились в Израиле под групповой защитой из-за войны, так что требование о выезде выглядело еще более абсурдным.
На следующий день мы подали досудебную апелляцию, приложив свежие медицинские заключения.
В апреле 2024 года Управление отклонило апелляцию. Чиновники повторили те же самые формулировки: выезжайте из страны, а если есть медицинские причины — обращайтесь по гуманитарной процедуре.
Когда терпение заканчивается
Мы подали новую апелляцию в суд первой инстанции. В ней мы прямо указали: МВД цинично нарушает обязательства перед судом и демонстрирует вопиющее неуважение к судебному решению. Мы потребовали не просто признать этот факт. Мы настаивали, чтобы пять потерянных лет зачли в счет уже пройденной процедуры по программе для пожилых родителей.
Судья признал грубое нарушение закона и отменил формальный отказ. Но дальше этого суд не пошел и просто предписал МВД рассмотреть наше заявления (пятилетней давности), с ноля. Это решение нас не устроило: суд фактически вернул дело туда же, где оно находилось пять лет назад.
Решение простило МВД пять лет произвола и никак не компенсировало женщинам потерянное время и ухудшившееся здоровье. Мы обжаловали его в окружном суде.
Решение окружного суда
Судья Михаль Агмон-Гонен изучила материалы дела и не скрыла возмущения. В своем решении она назвала этот случай примером вопиюще недобросовестного поведения государственного органа. Суд первой инстанции пришел к такому же выводу, отметила Агмон-Гонен, но вынесенное им решение совершенно не соответствует масштабу произошедшего.
Судья напомнила чиновникам хронологию. Окружной суд постановил еще в 2020 году — пять лет назад — рассмотреть заявление по программе для пожилых родителей, не требуя выезда Евгении. Управление грубо и бесцеремонно нарушало это постановление в течение почти пяти лет.
Судья Агмон-Гонен задала прямой вопрос: исходя из поведения чиновников последние 5 лет, какие основания полагать, что теперь МВД вдруг «преобразится» и выполнит решение, которое оно игнорировало все годы?
За всей этой бюрократической процедурой стоит пожилая, тяжелобольная женщина, напомнила судья. Ее состояние ухудшается с каждым днем. То, что потребовалось подавать жалобу на бездействие, говорит о том, что Управление попросту забыло о живом человеке.
Судья сослалась на многочисленные решения, в которых она подробно разбирала обязанность государственных органов действовать добросовестно. В данном случае Управление не только нарушило эту обязанность — оно проявило откровенное неуважение к судебному решению, вынесенному с его же согласия.
Агмон-Гонен особо подчеркнула: будь она вынуждена рассчитывать судебные расходы по количеству напоминаний и обращений адвокатов к Управлению, сумма получилась бы неразумно высокой. Десятки страниц переписки показывают, насколько далеко поведение ведомства отстоит от того, что можно ожидать от разумного административного органа.
Что постановил суд
Судья отменила решение суда первой инстанции и вынесла беспрецедентное постановление. МВД обязали немедленно предоставить Евгении статус постоянного жителя.
Судья объяснила логику решения. По обычной процедуре программы для пожилых родителей ПМЖ выдают примерно через четыре года пребывания на временном разрешении — при условии отсутствия проблем с безопасностью и криминальным прошлым. В случае Евгении этот срок давно прошел, хотя формально процедура даже не началась. Женщина находится в Израиле уже много лет. Управление провело собеседование. Заявительницы неоднократно предоставляли медицинские документы. Единственное, что осталось проверить, — отсутствие криминального прошлого и препятствий по безопасности.
В пользу женщин суд наложил на МВД издержки в 30,000 шекелей.
Что это означает
Евгения получила постоянный статус, минуя все предусмотренные процедурой этапы. Она не прошла ни одного обязательного шага программы для пожилых родителей. Она не получала первого временного разрешения. Она не проходила плановых продлений. Она не ждала положенных сроков между статусами. Она не выполняла стандартных промежуточных требований.
Почему суд пошел на такой шаг? Мисрад апним продемонстрировал настолько циничное пренебрежение к своим обязательствам и судебным решениям, что возвращать дело на новое рассмотрение было бы бессмысленно и жестоко по отношению к пожилой больной женщине.
МВД дважды обещало рассмотреть заявление. Дважды обещало перед судом, официально, под протокол. И дважды грубо нарушило это обещание. В первый раз — просто игнорируя договоренность. Во второй раз — после того как суд специально обязал выполнить обещание.
При таких обстоятельствах судья Агмон-Гонен предпочла действовать решительно, вместо того чтобы в очередной раз отправлять стороны по замкнутому кругу, который мог длиться еще несколько лет.
Правовое значение
Это решение устанавливает важный прецедент. Систематическое нарушение государственным органом собственных обязательств и судебных решений может привести к применению экстраординарных мер, которые существенно ограничивают дискрецию этого органа.
Ключевым фактором стало не столько наличие гуманитарных оснований (хотя они, безусловно, присутствовали), сколько документально подтвержденная недобросовестность Управления в течение пяти лет. Суд заставил МВД предоставить статус с минимальными проверками, что радикально ограничило обычную свободу усмотрения ведомства в таких вопросах.
Решение подчеркивает значимость принципа, согласно которому государственные органы связаны не только буквой закона, но и требованием добросовестности. Особенно когда речь идет об обязательствах, принятых перед судом.
